Книга Железный Ворон 2, страница 26 – Ярослав Мечников

— Руками? — снова усмехнулся я.

— Нет, — его губы тронула тень улыбки. — Эфиром. Создайте вокруг неё поле и переместите её ко мне. Именно переместите. Плавно. Контролируемо.

Это казалось простой задачей.

— Что ж… звучит несложно.

Я посмотрел на сферу. Сосредоточился. И в этот момент, пытаясь «дотянуться» до неё своим эфиром, я увидел то, чего не видел раньше.

Пространство было не пустым. Оно было пронизано… чем-то. Сетью. Миллиардами тончайших, почти невидимых, пульсирующих нитей, похожих на провода или нейронную сеть. Она была повсюду, просто раньше я не обращал на неё внимания, не мог её различить.

А что, если… — мелькнула мысль. — … если я пущу эфир не просто от себя, а по этим «проводам»? Прямо до этой сферы?

Так я и сделал.

Я «выдохнул» из себя порцию чистой энергии, но не просто в пространство, а направил её в ближайшую «нить». И она потекла. Я чувствовал, как мой эфир бежит по этой невидимой сети, разветвляясь, находя кратчайший путь.

Он достиг сферы и, словно по команде, со всех сторон одновременно окутал её, облепил, создав тонкую, плотную, послушную моей воле скорлупу.

Теперь я чувствовал, что могу управлять этой скорлупой своим сознанием.

И я повёл её к ректору. Плавно, без рывков, она полетела по воздуху и остановилась прямо перед ним.

Ректор Разумовский не смотрел на сферу. Он смотрел на меня. Его глаза были широко раскрыты. Его лицо выражало абсолютное, тотальное потрясение. Такого шока я не видел на нём даже тогда, когда он диагностировал моё поле.

— Что… — прошептал он, и его голос дрогнул. — Что… ты… сейчас… сделал?

Он смотрел на меня не как на студента. Не как на феномен. А как на… нечто немыслимое.

— Ты… ты что, видишь… Сеть? — его голос был полон благоговейного ужаса.

Я искренне не понимал его удивления. Мой поступок казался мне абсолютно логичным.

— Ректор, я думал… все её видят. Разве нет?

Я развёл руками, пытаясь объяснить.

— Просто… я раньше не обращал на неё внимания. Она просто была. А тут я подумал, что могу её как-то использовать. Запускать эфир просто силой — это невыгодно, большие потери. Мне нужно было что-то устойчивое. Идея пришла сама собой…

Ректор Разумовский смотрел на меня, и я видел, как в его голове рушится всё его представление о магии.

— «Все её видят»… — прошептал он, качая головой. — Нет, Алексей… никто… никто её не видит.

Он подошёл ко мне. Его волнение было почти осязаемым.

— Мы, маги, знаем, что она есть. Сеть Акаши. Основа мироздания. Эфирная решётка, которая связывает всё со всем. Мы можем подключаться к ней через сложнейшие ритуалы, медитации, которые занимают десятилетия. Мы можем чувствовать её отголоски. Но видеть её… напрямую… и тем более использовать её как… провод… — он замолчал, не в силах подобрать слов.

Он посмотрел на меня, и в его глазах был не страх. В них был… священный трепет.

— Древние тексты говорили о таких… Провидцах. Тех, кто видит саму ткань мироздания. Их не было со времён Основателей.

Он вдруг рассмеялся. Тихим, сухим, шокированным смехом.

— Твой отец… Голицыны… они играют в свои мелкие игры, делят власть, а у них под носом… у них под носом растёт нечто, что может перевернуть весь мир. И они этого даже не понимают.

Он снова стал серьёзным.

— Алексей… — он впервые произнёс моё новое имя без тени официальности, почти с благоговением. — То, что ты можешь… это не просто «дар». Это… нечто иное. И никто. Никто, кроме меня, не должен об этом знать. Ты меня понял? Это самая главная тайна, которую ты должен хранить.