Книга Системный Кузнец. Трилогия, страница 306 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Сказал просто, изображая растерянность. Мы уже подходили к большому дому Борина.

— О как! — с удивлением воскликнул ополченец в шлеме. — Так ей же, поди, и махать-то по-другому надо — ещё научиться придётся.

Решил не отвечать, сейчас важно сконцентрироваться на предстоящем разговоре со старостой — от него будет зависеть очень многое. Кстати, пока шёл, вспомнил ещё одну вещь, что не давала покоя ночью — уголь, которого стремительно становилось всё меньше. Хватит ли сырья на такую масштабную работу? Может, удастся убедить Борина выделить немного из запасов для общего дела?

Мы подошли к дому — настоящая крепость в миниатюре, насмехающаяся над жалкими мазанками вокруг. Первый этаж сложен из массивных валунов, скреплённых раствором. Узкие, похожие на бойницы, окна с толстыми железными решётками. Второй этаж сделан из дубового сруба, а покатая крыша покрыта не соломой, а аккуратной деревянной дранкой. К дубовой двери вели три широкие, вытертые сотнями ног деревянные ступени.

Доведя до створки, воин без шлема открыл дверь, пропуская внутрь. Второй остался снаружи, уперев копьё в землю. Я вошёл.

После серого утра оказался в помещении, залитом тёплым светом. Воздух был сухим, пахнущим дымом очага и чем-то пряным. Это была просторная прихожая-сени, на каменном полу лежали шкуры волков и одного большого медведя. Вдоль стен — массивные дубовые лавки, а на стене — оленьи рога, на которых развешана верхняя одежда.

Ополченец кивнул в сторону широкого проёма, что был завешен шерстяной шториной, или чем-то в этом духе.

— Туда. Ждут.

Я отдёрнул штору и вошёл в главный зал, занимавший почти весь первый этаж. В дальнем конце пылал камин. В центре зала стоял массивный стол из цельного куска дерева, способный вместить два десятка человек. На стенах — гобелены с вышитыми сценами охоты, а также оружие: скрещённые мечи, боевые топоры и несколько окованных железом щитов.

В центре зала, прямо у стола, в массивном деревянном кресле сидел Борин. Резьба на кресле была грубой, но мощной — узоры напоминали скалы и могучие сосны, над которыми парили похожие на драконов птицы. Староста, которого я уже видел раньше, выглядел ещё более взвинченным — беспокойное, одутловатое лицо раскраснелось, будто тот только что вышел из бани или с кем-то поссорился. Рядом с ним, положив тонкую руку на спинку кресла, стояла Инга — жена главы поселения.

Борин, до этого момента разглядывавший деревянный кубок в руках, поднял голову. Женщина тоже обернулась, и холодный взгляд прошёлся по мне.

— А! Подмастерье Гуннара. Проходи-проходи, мальчик.

Староста властно махнул унизанной перстнями рукой, указывая на центр комнаты. Я сделал так, как просили, и медленно пошёл вперёд, разглядывая огромный зал, что напоминал залы викингов из фильмов, которые смотрел в прошлой жизни.

Мужчина, одетый в длинную шерстяную жилетку поверх рубахи, с усилием поднялся с кресла и сделал несколько шагов навстречу. Борин оказался почти одного со мной роста, что было редкостью для взрослого мужчины здесь. Инга осталась позади, вперившись в меня бесцветными глазами.

— Что ж ты, парень, ко мне-то на поклон не пришёл? — голос мужчины был обманчиво-мягким, почти отеческим. — Самовольничать удумал. Пацана своего пустил по деревне горлопанить. Народ-то у нас тёмный, всякому слову верит, после такого сразу шептаться начали. «Вот, — говорят, — кто деревню теперь от напасти спасать будет, кузнечонок». «Героем» уж кличут. Ты вот смекни теперь, как я в их глазах-то выгляжу? — Борин подошёл совсем близко. — Нехорошо это, парень. Совсем не по-людски. Ты хоть понимаешь, о чём я толкую?