Книга Системный Кузнец II, страница 2 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

«Чёртово гнильё, что лезет из глубин,» — пронеслось в его голове. Так старик про себя называл падальщиков. Мерзкие твари, что сначала заполонили его шахту, а теперь просочились во внешний мир, мешая заниматься единственным, что он любил по-настоящему — делать деньги. Золотые, серебряные, медные — не важно. Превращать камень в монеты, торгуя рудой и духовными кристаллами.

Дар, что передавался в роду из поколения в поколение, определил его судьбу. Но в отличие от братьев, что выбрали другой, более скромный путь, Торгрим воспользовался родовым даром сполна. Старик основал могущественный клан Каменного Сердца, наладил контакты с Великими Домами, был на приёме у самого Короля и достиг стадии Пробуждения в своей практике.

Вот только больше всего на свете ненавидел лично марать руки — сражения с надоедливыми монстрами были уделом солдат и глупцов. В ту ночь, когда пришлось спуститься в шахту, чтобы помочь бездарной охране и этим деревенщинам-охотникам зачистить логово, он проклял всё на свете. А теперь, когда падальщики расползлись повсюду, Глава клана с отвращением думал о том, что придёт день, и возможно, придётся лично сопровождать караван, чтобы тот в безопасности добрался до Чёрного Замка. Какая нелепость.

Что вообще происходит с этим миром?

А барон? Это вечно пьющее ничтожество, думающее только о своей жирной заднице. Собирает ополчение из крестьян, которое сдохнет в первые же недели. Боится гневить Великие Дома, боится показать свою слабость. Это отребье должно было давно скакать в столицу и на коленях умолять прислать сюда легион! Но нет, вместо этого он требует у него, у Торгрима, его личную охрану.

А эти деревенщины! Среди них есть крепкие воины, да. Но они тоже думают лишь о защите своего маленького Оплота, не видят дальше собственного носа.

Ничего — он, Каменное Сердце, возьмёт всё в свои руки. Предложит цену, от которой не смогут отказаться. Соберёт лучших охотников, наймёт лучших наёмников, привлечёт лучших практиков и покончит с этой чумой собственноручно. Не мечом, а своими влиянием, волей и золотом.

Резкий стук в дверь вырвал мужчину из размышлений.

Следом за стуком дверь бесшумно отворилась, и в проёме показалась женщина. Седые как снег волосы собраны в сложную причёску, а роскошное по местным меркам платье из дорогой столичной ткани тёмно-синего цвета подчёркивало всё ещё стройную фигуру. Несмотря на седину и тонкую паутинку морщин у глаз, она обладала первобытной красотой, что не увядает с годами.

Хельга, младшая сестра Торгрима — его правая рука и верная соратница. Единственный человек в этом мире, которому старик по-настоящему доверял.

Женщина взглянула на брата, и во взгляде было всё: вопрос, ожидание, подтверждение. Он понял без слов: охотники здесь. Глава клана вызвал их на разговор ещё вчера. Этот Йорн, хоть и был неотёсанным деревенщиной, но всё же оставался единственным, кто вызывал уважение в соседнем Оплоте. Торгриму необходимо было договориться с ним — заставить возглавить зачистку лесов и предгорий, чтобы караваны снова могли ходить безопасно. А для этого придётся платить.

Старик кивнул. Хельга, едва заметно улыбнувшись, беззвучно скрылась.

Через минуту дверь отворилась снова, и в кабинет вошёл Йорн Одноглазый в сопровождении своих соратников. Каменное Сердце мысленно поморщился. Усатый прихвостень Брок, с которым мужчина вообще не хотел иметь дел — грубый, недалёкий, уже почти старик, а ведёт себя как безмозглый щенок. И второй — молодой, чьего имени Глава клана даже не потрудился запомнить. Он сразу поймал на себе его недобрый взгляд. «Слишком много принципов, слишком мало разума,» — пронеслось в голове у Торгрима, когда смотрел на воина с длинным хвостом.