Книга Системный Кузнец II, страница 38 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Второе: сами мехи. Новая кожа. Здесь без вариантов — идти к кожевнику, с которым только предстояло познакомиться. Понадобится большой кусок толстой, но гибкой бычьей кожи, хорошо промасленной.

Третье: металлические детали: ось для маховика, обод для утяжеления колеса, кривошип, шарниры. Это — моя работа, могу выковать сам. Главное, чтобы старик разрешил копаться в куче металлолома.

Всё это было решаемо. Материалы, работа… Но меркло по сравнению с главной задачей: убедить Гуннара.

Без его разрешения не смогу ничего сделать. Не могу просто прийти и начать перестраивать половину его кузницы. Если скажет «нет», то гениальный план рассыплется в прах, не будет никакой возможности его реализовать.

Единственный язык, который кузнец может понять — язык выгоды. Нужно доказать ему, что эти игрушки сэкономят уголь, силы и, в конечном итоге, принесут больше денег.

Ещё раз оглядел мастерскую — как жаль что это не моя кузня, столько всего можно было бы здесь сделать! Но ничего — однажды всё будет, главное не останавливаться. Сел на пенёк и стал дожидаться мужчину, продолжая размышлять о том, что мне предстоит сделать в ближайшие дни.

Кузнец где-то шлялся, и эти полчаса тишины были подарком. Вместо того, чтобы ждать, я направился в самый тёмный угол кузницы — к горе металлолома, где покоилось всё: кривые прутки, обломки старых лемехов, стоптанные подковы, треснувшие обода. Для Гуннара — мусор, для меня — склад сырья с нераскрытым потенциалом.

Стоило сфокусировать взгляд на этой куче, как мир преобразился. Поверх ржавчины и грязи вспыхнули десятки полупрозрачных синих строк. Система, ставшая частью восприятия, сканировала каждый предмет, оценивая его скрытое качество, наличие духовных и других примесей. Видел не просто хлам, а карту ресурсов: вот кривой прут — низкокачественное кричное железо, почти бесполезен; а вон тот обломок серпа, помечен как [Высокоуглеродистая сталь. Качество: 45%]. Я мог заглянуть внутрь металла, увидеть его суть, скрытую от глаз обычного человека.

Руки сами начали наводить порядок, один кусок за другим — на ощупь и на вес. Система работала безостановочно. Эта полоса слишком тонкая, пойдёт на скобы. Толстый брусок — отличная заготовка для топора. А вот этот обломок с едва заметным узором… Отложил его осторожно, старая узорчатая сталь?

Память о пожарной части работала как въевшийся рефлекс. Там, где счёт на секунды, порядок — условие выживания. Ты должен знать расположение каждого карабина, каждого ствола, каждого ключа. Даже с закрытыми глазами и в густом дыму. Хаос — враг, который крадёт драгоценное время — этот принцип хотелось принести и сюда. Порядок на рабочем месте — порядок в голове.

Когда первая аккуратная стопка одинаковых по толщине прутков легла на очищенное место, меня пронзила неприятная мысль. Это ЕГО кузница и его родной бардак. Для старика этот хаос, возможно, часть творческого процесса, моё вмешательство тот может воспринять не как помощь, а как посягательство на территорию.

На мгновение захотелось бросить это дело и свалить всё обратно в общую кучу. Стать незаметным подмастерьем, который не отсвечивает, но тут же внутри поднялась волна раздражения — хватит бояться каждого шага и каждого рыка. Я вернулся из шахты не для того, чтобы снова ходить на цыпочках — с чего-то нужно начинать менять это место и свою жизнь, и если битва за будущее начинается с сортировки металлолома — пусть так.