Онлайн книга «Системный Кузнец VI»
|
[Предупреждение: Обнаружен критический момент.] [Процесс формирования пробудил спящие элементы эссенции.] [Причина: Творческая воля Кузнеца резонирует с остатками души зверя.] [Рекомендация: НЕМЕДЛЕННО влить Огненную Ци в структуру материи на микроуровне.] [Цель: Стабилизировать и усилить остаточную эссенцию до полного угасания.] Я опустил взгляд на клинок — искра мерцала слабее с каждой секундой, угасала, как свеча на ветру. Три-семь минут — это не время для раздумий. Положил обе ладони на клинок — ещё тёплый после последнего нагрева. Закрыл глаза. Видел металл не снаружи, а изнутри. Видел кристаллические решётки, сплетённые в сложный танец. Видел золотистые искры — сотни крошечных огоньков, разбросанных по всей структуре. Душа Кирина — раздробленная, рассеянная и умирающая. Но живая. Нужно влить Ци не в металл как таковой, а в саму эту душу, в искры — напитать энергией, заставить разгореться. Как реанимация. Сделал глубокий вдох. Огненная Ци потекла из Нижнего Котла вверх, по каналам, в руки и ладони, собралась, готовая к выплеску. Но как направить её не просто в металл, а в… душу? Интуиция подсказала. Тонкая струя — не поток, а концентрированная, направленная на конкретную цель. Увидел одну из искр — мерцающую в сердцевине клинка, сфокусировался на ней и выпустил… Сопротивление. Искра оттолкнула Ци, энергия вернулась, ударила в ладони обратной волной. Проклятье. Душа Кирина не хотела принимать чужой огонь. Она была гордой, как и сам зверь при жизни, мудрой и несгибаемой, но у меня не было времени на вежливые уговоры. Снова. Сильнее. Направил струю Ци и снова получил отпор. Искры мерцали всё слабее, угасая одна за другой. «Дышать», — приказал себе. — «Глубоко дышать. Фокус. Концентрация». Закрыл глаза крепче. И тут накатило. Лицо Гуннара. Объятое пламенем, искажённое болью. Старик кричит, тянет ко мне руки, а огонь жрёт его заживо… Вересковый Оплот. Снег, залитый кровью. Замёрзшие тела в сугробах — маленький Брик, которого не смог спасти… — Чёрт! — выругался вслух. Без амулета воспоминания хлестали, как плеть. ПТСР, который так старательно подавлял, рвался наружу, затуманивая разум. Нет, не сейчас. Сжал зубы так, что заболели челюсти. Вдох — глубокий, до дна лёгких, выдох — медленный и контролируемый. Огонь — это инструмент, эмоции — топливо, но хозяин тут я. Фокус. Вернулся к искрам, те почти погасли — осталось около десяти, разбросанных по клинку, время уходило. И тогда понял. Душа Кирина была Огнём и Землёй — как и я, двойная стихия. Если попытаюсь влить чистый Огонь — она отвергнет, но если… Магма. Соединил стихии внутри себя — Огонь и Землю, ярость и стабильность, но не просто смешал — сплёл, как нити в канате, и выпустил. На этот раз — не струя, а волна несущая не агрессию, а приглашение. «Я такой же, как ты», — говорила эта волна. — «Два в одном. Огонь и Камень. Пусти меня». Искры дрогнули. Сопротивление ослабло едва заметно, но достаточно. Магма потекла внутрь. Почувствовал странное, почти интимное ощущение — моя энергия касалась чужой души, проникала в неё и наполняла. Искры вспыхнули ярче. [Процесс стабилизации: Активен.] [Остаточная эссенция: Поглощение внешней энергии… Успешно.] Одна искра разгорелась — из еле заметной точки превратилась в крошечное солнце. За ней — вторая. Третья. |