Книга Системный Кузнец VII, страница 19 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

[4. «Резонанс Защитников»: При использовании для защиты других — все характеристики +40 %.]

[Рекомендация: Немедленно извлечь и начать обработку.]

Я моргнул, прочитал ещё раз, и ещё. Превосходство над «Кирином» огромно — это сработало.

— Переливаем, — сказал я.

Никто не спорил. Гюнтер уже двигался к рычагам, и обожжённые руки, привыкшие к жару, легли на рукояти. Хью проверял чугунную ёмкость, выстланную песком и глиной. Серафина отступила, давая им место, взгляд прикован к тиглю.

Крышка печи поднялась на цепях — жар хлынул волной, заставив всех отступить. Жар, пропитанный чем-то большим, чем просто температура. Тигель наклонился, и расплавленный металл потёк в форму, но это был не обычный металл.

Жидкость светилась изнутри, белая, как молоко звёзд — текла медленнее обычной стали. Будто неохотно покидала печь, и там, где касалась формы, вспыхивали голубоватые искры. А затем застыла почти мгновенно. Поверхность слитка покрылась рябью, как вода под ветром, и замерла — свечение осталось, но теперь пульсировало в глубине, как сердцебиение.

— Пресвятой… — прошептал Гюнтер и не закончил.

— Пятьдесят лет, — пробормотал старик. — Пятьдесят лет у горна — никогда не видел ничего подобного.

Серафина не сказала ничего, просто стояла и смотрела. Ориан подошёл ближе, склонился над формой — изможденное лицо светилось отражённым сиянием.

— Вот это, — алхимик указал на слиток, — никак не должно было сработать. Ты это понимаешь, мальчик?

Я и понимал, и не понимал одновременно.

— Но сработало.

— Сработало, — мужчина кивнул. — Вопреки всему.

Мы стояли и смотрели на слиток, что светился мягким внутренним светом, словно внутри него бились сотни маленьких сердец.

Стук в дверь разорвал тишину — костяшки били по дереву снова и снова

Гюнтер обернулся первым, Серафина выпрямилась, подошла к двери и открыла.

На пороге почти мальчишка. Лицо бледное, глаза выпученные, пот катится по вискам — он задыхался, слова вылетали обрывками:

— Мастера… совет… — глоток воздуха. — Зал аудиенций… сейчас… капитан Родерик… приказ…

Мастера переглядывались. Взгляды скользили от слуги к слитку, от слитка ко мне.

— Я не могу. — сказал ему.

Слуга уставился на меня так, словно я сказал что-то непристойное.

— Но… мастер… приказ капитана…

— Передай капитану, что я занят. — посмотрел парню в глаза. — Не могу потерять время.

Снова переглядывания. Старик шагнул ко мне — сухая ладонь легла на плечо.

— Тогда закончи начатое, мальчик, — голос негромкий, но твёрдый. — А мы будем твоими ушами и глазами.

Я посмотрел на морщинистое лицо Хью, и на глаза, которые видели столько металла за пятьдесят лет, что могли читать его как книгу.

— Спасибо, — сказал я.

Старик кивнул и отступил.

Мастера уходили один за другим. Гюнтер тяжёлой поступью, не оглядываясь, Серафина прямая, как копьё, но на пороге чуть задержалась, бросила на меня взгляд через плечо. Ориан ничего не сказал — просто прошёл мимо, и только когда был уже в дверях, обернулся:

— Не взорвись, пока нас нет.

Хью ушёл последним, на пороге остановился, и тоже обернулся:

— Не подведи, кузнец.

Дверь закрылась.

Мы с Ульфом остались одни.

Тишина. Только потрескивание печи.

[Рекомендация: Ускоренное остывание]

[Техника: Заземление Земли)]

[Принцип: Создание замкнутого контура]