Книга Системный Кузнец VII, страница 31 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Я захлопнул ставни и навалился на них плечом, загоняя засов обратно. Сердце колотилось о рёбра. Если даже меня, защищённого Артефактом и волей практика, так зацепило… то что происходит с остальными?

Обернулся к Ульфу — парня трясло, тот закрыл уши руками и раскачивался, бормоча что-то бессвязное. Даже внутри защитного круга звук пробивался громкостью отчаяния города.

— Ульф! — рявкнул, вкладывая в голос немного Ци, чтобы привести того в чувство.

Гигант вздрогнул и поднял влажные глаза.

— Они… они все умерли? — голос был детским, не подходящим к туше, способной гнуть подковы.

— Нет, — жёстко ответил я. — Ещё нет, но если останемся здесь, то умрут.

Посмотрел на нож — без рукояти он неполноценный. Хвостовик был острым, баланс смещён — в бою такая железка вывернет кисть или выскользнет из потных пальцев. Йорн не сможет им биться.

Мне нужна рукоять — мне нужен Свен, а Свену, вероятно, прямо сейчас нужна помощь, чтобы не сойти с ума.

— Почему дядя Свен не пришёл? — спросил Ульф, озвучивая мои мысли. — Он обещал. Он никогда не врёт.

— Тьма, Ульф, путает мысли. Они, скорее всего, заблудились в кошмарах где-то по дороге.

Я сжал обмотанный тряпкой клинок — металл отозвался волной уверенности. «Защита», печать работала.

— Мы идём за ними.

Ульф побледнел ещё сильнее, взгляд метнулся к чёрному зеву выхода из Ниши.

— Туда? В темноту? Кай… я не могу. Ноги не идут, там… там кто-то стоит, я видел тени…

— Ульф, смотри на нож, — поднял клинок выше, заставив белый свет отразиться в расширенных зрачках молотобойца. — Видишь свет?

— Да… тёплый.

— Пока ты рядом со мной, в этом свете — тени тебя не тронут — нож отгоняет их. Он «Рассеивающий Тьму», понимаешь?

Подошёл к детине и протянул свободную руку, помогая встать. Ладонь Ульфа была холодной и мокрой от пота.

— Мы пойдём вместе, шаг в шаг. Ты прикрываешь мне спину, я держу свет.

Слова немного привели его в чувство. Ульф шумно втянул носом воздух, расправил плечи, хотя они всё ещё дрожали.

— Спина к спине. Я понял.

— Умница.

Развернулся к выходу. Тьма Ротонды, казалось, стала гуще и физически плотнее — давила, пытаясь ворваться в нашу крепость света.

Где-то во тьме огромного замка сейчас десятки или сотни людей сходили с ума, запертые в клетках собственных страхов, и среди них были те, кто мне нужен.

— Не отходи ни на шаг, — скомандовал, перехватывая клинок поудобнее.

Мы шагнули за порог Ниши.

Свет клинка врезался в темноту, как ледокол во льды, и мы двинулись вперёд, в чрево сходящего с ума Чёрного Замка. Физически ощутил, как мир за порогом сомкнулся вокруг нас.

Это напоминало погружение в батискафе на дно Марианской впадины. Вокруг нас, ограниченная сферой белого света от клинка, была жизнь, а за пределами сферы — давящая смерть.

Главный зал Горнила, обычно залитый светом ламп и гулом голосов, превратился в склеп. Лампы горели — видел чахлые огоньки фитилей в бронзовых чашах — но не давали света. Тьма душила их, огонь скукоживался, становясь тускло-синим, словно ему не хватало кислорода, хотя дышать было можно.

Воздух был спёртым и тяжёлым — пахло старой пылью и страхом.

— Кай… — Ульф задышал часто и хрипло. — Стены… шевелятся.

Я скосил глаза, не поворачивая головы.

— Не смотри на стены, смотри мне в спину и иди на свет.