Книга Системный Кузнец IX, страница 103 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Я остался стоять в дверях, лишь качнул головой.

Торговец прищурился — умён этот Сальери. В глазах увидел работу мысли: мужчина взвешивал мою наглость. Пять лет я не показывался в Мариспорте, и вдруг вламываюсь к нему, как к себе домой, игнорируя охрану и приличия.

Сальери выдохнул, гася вспышку раздражения, и повернулся к гостю. Затем заговорил на языке, которого я никогда не слышал — звуки были гортанными и резкими. Тон Сальери изменился мгновенно — стал мягким, почти заискивающим.

Чужестранец медленно повернул голову. Я не видел его лица полностью, лишь профиль — хищный нос, острая бородка и тёмный и блестящий глаз, как маслина. Он посмотрел на меня и жар усилился — на секунду показалось, что воздух меж нами задрожал. Затем он кивнул коротко и властно.

Сальери молчал секунду, затем встал и шагнул ко мне.

— Выйдем, — бросил он.

Мы вышли в коридор, где, прижавшись к стене, стоял бледный как полотно белобрысый парень. Увидев хозяина, тот затрясся и открыл рот, чтобы вывалить поток оправданий:

— Синьор Сальери, клянусь, я пытался, он просто…

Доменико даже не посмотрел на него. Ленивый и небрежный жест кистью — брысь.

Приказчик захлопнул рот, поклонился и исчез за портьерой так быстро, будто его ветром сдуло.

Сальери повернулся ко мне. Раздражение на его лице разгладилось, сменившись маской добродушного торговца, которую помнил по Бухте. Только глаза остались холодными и жёсткими.

— Ну что ж… Кай. Деревенский кузнец почтил мою скромную лавку. Это, безусловно, честь для меня.

Он сделал паузу, а затем шагнул ближе. Улыбка стала тоньше.

— Однако, прошу больше так не делать. Никогда. Человек, которого ты только что видел, стоит больше, чем все крючки и ножи, которые ты смог бы выковать за всю свою жизнь. Мои доходы, моя репутация и, возможно, моя голова зависят от таких встреч. Ты только что рискнул всем этим, кузнец.

Я выдержал его взгляд.

— Понимаю, Доменико, — ответил прямо. — Иначе я бы не пришёл. У меня не было другого выхода.

— Выход есть всегда, — парировал он, скрестив руки на груди. — Обычно он там же, где вход. Говори. Что за беда заставила самого осторожного человека на побережье ворваться ко мне, как разбойник?

— Мне нужен Брок, — сказал я без предисловий. — Срочно. В течение часа.

Брови Сальери поползли вверх.

— Брок? Тот шумный охотник, что пил моё вино и рассказывал байки?

— Он.

— И с чего ты решил, что могу помочь? Я торгую сталью, а не людьми.

— Не прибедняйся, — отрезал я. — Ты сам говорил: если что-то понадобится — ты рядом. Ты знаешь всех в этом городе, знаешь, кто, где и с кем. А Брок — не иголка в сене — он шумный, как морской шторм. Если кто-то и знает, где он сейчас, то это ты.

Сальери хмыкнул, оценивая лесть, смешанную с правдой, помолчал, разглядывая перстень на своём пальце, затем поднял взгляд. Вся напускная вежливость исчезла.

— Найти одного человека в Мариспорте за час — невозможно, Кай. Даже для меня. В этом городе двести тысяч душ, четыре сотни таверн и две сотни кораблей. Твой Брок может быть где угодно — в постели шлюхи или трюме галеры. Это план, обречённый на провал с самого начала, — подытожил он сухо.

Почувствовал, как внутри всё сжалось, земля уходила из-под ног. Мужчина не врал — я видел это.

— К чему такая спешка? — вдруг спросил Сальери, и в голосе проскользнул настоящий интерес. — Куда ты рвёшься, кузнец? Кто гонится за тобой?