Книга Системный Кузнец XIII, страница 110 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Сел на скамью и тут же спохватился — старик-то стоит, а я расселся. Начал было приподниматься, но Иль-Примо качнул головой и повёл рукой вниз, дескать, сиди, не думай о таком. Я кивнул и опустился обратно.

Выдохнул. Вышло тяжело.

Поглядел на старика. Он стоял, опершись костяшками о стол, и смотрел на меня внимательно. Внутри у меня всё рвалось на части, и я не знал, что ему сказать, да куда себя деть.

Перевёл взгляд на Эйру.

Она смотрела на меня, и в глазах у неё стояло нечто странное, будто она уже видела, к чему я приду, ещё раньше меня самого. Уголки губ у неё чуть дрогнули, и весь этот взгляд говорил: соглашайся, ты ведь хочешь этого, вот он, твой зов. Просто пришёл он в другом обличье, чем ты ждал.

Я всё равно сомневался. Нельзя так. Нельзя разом, за одну ночь решать то, что перевернёт всю жизнь.

Кинул взгляд на грандмастера.

— Иль-Примо, — сказал я. — Это дорогого стоит, ваше доверие. И важность я понимаю, и то, что времени в обрез. Но подумайте сами. Удастся ли мне уследить за всем разом? Без надёжных людей за спиной? Пусть я молодой, пусть упёртый, а всё одно — не разорвусь. Проследить, чтоб и ядро дошло, и оружие пошло куда надо — на это одной пары рук мало. Да и кузнец я, в конце концов, а не надсмотрщик.

Старик слушал, не перебивая.

— Нужны люди, — продолжил я. — Команда нужна крепкая. И сила нужна за ней, потому что если силы нет, с тобой никто и считаться не станет. Пообещают в лицо, а сделают по-своему, и не спросишь.

Иль-Примо смотрел на меня долго и молча. Потом кивнул едва заметно.

— Прав ты, — проговорил он. — До последнего слова прав. Сила нужна, и люди нужны, и всё это верно. — Он потёр висок, помолчал. — Одного нет — времени. Совсем нет, парень.

Он оттолкнулся от стола, выпрямился.

— Мне нынче доложили, — сказал он, — что вернулся твой охотник. Ветеран.

Внутри у меня что-то дрогнуло и отпустило. Брок живой, значит. Выбрался с восточного склона. Я до этой минуты и не знал, как крепко сидела во мне тревога за старого волка, а тут она вдруг ушла, и стало легче дышать.

— Он мог бы стать твоей опорой, — говорил Иль-Примо. — Доверенным лицом. Взял бы на себя одну сторону дела — собрал бы наскоро людей, тех, кто чего-то стоит, приглядел бы за морем и ядром. А ты бы держал другую сторону — за оружие, каверну и Сольфара. Вдвоём вы бы смогли там, где один надорвётся.

Он перевёл дух, и я видел, чего ему стоит держаться прямо.

— А как уляжется первая горячка, — добавил он тише, — будет время собрать и твою собственную силу. Настоящую. Заявить о себе так, чтоб за тобой пошли не по моему слову, а по твоему. В этом я тебе подсоблю сам, лично, покуда меня ещё слушают.

Он поднял на меня глаза, и в них не было уже ни уговоров, ни хитрости. Только усталость и что-то, что притягивало меня сильнее любых доводов.

— Мне нужен ответ, Кай, — сказал он. — И нужен он сейчас.

Я молчал долго, прокручивая всё это в голове, и оно не прокручивалось. Стояла глухая стена, за которую мысль не шла. Я перестал думать головой и попробовал прислушаться к тому, что внутри, в груди — как оно отзывается на слова старика, чего хочет само.

— Если я соглашусь, — сказал я тихо. — Пути назад уже не будет?

Иль-Примо не ответил сразу.

Я поднял на него глаза. Он медленно опустился обратно в кресло. Помолчал, положив руки на подлокотники.