Книга Укротитель Драконов 2, страница 98 – Ярослав Мечников

Каменный спустился ко мне и сел в двух шагах. Земля под его весом чуть вздрогнула. Сверху, с уступов, донеслось одобрительное низкое гудение, и оно стихло.

Только сейчас я осознал, что меня трясёт. Зубы стучали так, что больно отдавало в скулах. Пар валил изо рта густыми клубами. Пальцы на ногах и руках онемели до полной потери чувствительности.

Дрейк наклонил ко мне голову. Его жёлтые глаза оказались совсем рядом, и в них не было ни страха, ни злости. Он смотрел так, как смотрит зверь на своего, который лежит на снегу и не может подняться.

Потом расправил крылья.

Они были короткими для полёта, широкими, перепончатыми, с грубой кожей между пальцевыми костями. Он раскинул их и накрыл меня ими, прижав к своему боку.

Я ткнулся лицом в чешую. Она была тёплой. По-настоящему тёплой, как нагретые на солнце камни, как печная стена зимой. Жар шёл изнутри, из глубины массивного тела, и проникал сквозь одежду, сквозь кожу, до самых костей. Дрожь начала отпускать. Сначала перестали стучать зубы. Потом расслабились плечи. Я дышал медленно и глубоко, вжимаясь в горячий бок, и тепло разливалось по телу волнами, вытесняя холод из каждой клетки.

Стало хорошо. Так хорошо, как не было ни разу с тех пор, как я очнулся в этом мире.

Ущелье растворилось. Драконы на уступах погасли один за другим. Темнота вокруг стала мягкой, рыхлой, и я провалился в неё.

* * *

Сначала вернулся слух.

Приглушённые голоса. Кто-то бубнил неразборчиво, далеко, как за толстой стеной. Звяканье металла. Ветер, посвистывающий между прутьями.

Я ещё ничего не видел. Лежал на боку, щекой на холодном камне, и пытался собрать себя по кусочкам. Тело гудело сонной тяжестью, мышцы ныли после Каменного потока, но одно ощущение перебивало всё остальное.

Мне было тепло.

По-настоящему, до самого нутра. Так не бывало ни разу за все ночи в этих загонах, ни в бараке Червей, ни даже рядом с Тилой под толстыми одеялами. Тепло шло волнами, ритмично, с каждым выдохом чего-то большого и горячего рядом.

Я открыл глаза и поднял голову.

Каменный дрейк лежал вплотную к разделяющей нас решётке. Его морда была повёрнута в мою сторону, ноздри намордника почти касались железных прутьев. С каждым его выдохом из-под грубых кожаных ремней вырывалась плотная волна горячего воздуха, серого от примеси раскалённого пара. Она накатывала на меня, обдавая жаром, который мягко оседал на лице и руках.

Дракон грел меня.

Я несколько секунд просто лежал и смотрел на него, не в силах переварить то, что видел. Зверь, которого совсем недавно я с таким трудом выковыривал из скорлупы апатии, который отворачивался, рычал и обвинял меня взглядом, теперь лежал у решётки и целенаправленно, ровно и размеренно пускал в мою сторону тёплый воздух. Его грудная клетка ходила ходуном, вздымаясь и опадая в ритме, который я уже где-то слышал. Или чувствовал. Сегодня, когда мы оба засыпали у общей решётки.

Наши глаза встретились. Жёлто-бурая радужка с тёмным вертикальным зрачком. Утром в этих глазах была человеческая тоска. Сейчас в них стояло что-то другое. Спокойное и устойчивое признание. Пока я спал, пока не мог контролировать ни себя, ни ситуацию, этот зверь принял решение самостоятельно. Без моих уговоров, песен и «Каменного потока». Он просто увидел, что мне холодно, и начал греть. Вот такие дела.