Книга Укротитель Драконов 4, страница 46 – Ярослав Мечников

— Тогда пришли кого-нибудь.

Сказал коротко.

Сгусток молчал. Я не понимал, что у него внутри сейчас идёт. Может быть, он прикидывал расстояния. Может быть, перебирал в голове свой двор. Может быть, всё ещё пытался уложить в голове, что у отвергнутого сына под боком сидит связанный дракон.

— Отец. Я ухожу. Не держит больше.

Сказал и почувствовал, как у меня отрывается опора. Светящееся пространство пошло полосами быстрее. Сгусток отца стал дальше, и из него на меня шло что-то, чего я уже не успевал разобрать. Какие-то слова. Какое-то имя, может быть, не моё.

И ударило в грудь толчком.

Я открыл глаза.

Лежал на спине на камне. Небо надо мной шло низкими серыми тучами, по краю одной протянулся тонкий просвет. В груди гудело, в висках стучало, во рту стоял привкус железа. Рядом ко мне принюхивался Сухарь, ходил вокруг головы, тыкался носом в висок и в скулу, попискивал коротко.

— Тише, малой. Жив я.

Сказал хрипом. Голос вернулся не сразу.

— Жив. Всё нормально.

Сел. Поморщился, потёр висок ладонью. Сухарь обошёл меня кругом, расправил крылья, сложил их обратно, фыркнул, и встал столбиком, глядя на меня.

В трёх шагах стоял Искра. Не двинулся за всё то время, что я лежал. Голову держал ровно, тёмный глаз смотрел на меня внимательно, и в этом внимании читалось беспокойство и любопытство одновременно. Видно ждал, что я скажу.

Я выдохнул.

Отец не поверил деду. До этой минуты не верил. Теперь поверил, как мне показалось. Но что он будет делать с этой верой, я не знал. Прикажет ли он гонцам идти в Чёрный Коготь. Поднимет ли крылоносцев. Сядет ли на своего владыку сам и пойдёт сюда. Или выпьет, подумает, и решит, что позор рода трогать не стоит, пусть позор сам разбирается. Я ставок на отца не делал. Хорошо если поможет. Если не поможет, я и не рассчитывал.

А Кар-Рох сидит в цепях прямо сейчас.

Поднялся. Колени держали. Сила второго круга шла ровно, и тело ощущалось другим, чем вчера — собранным. Будто кто-то подтянул внутри ослабшие верёвки.

Подошёл к краю валуна. Внизу Мгла стояла высокой лиловой массой. Между мной и лагерем, прямо отсюда, лежала чужая земля. Хребты, ущелья, перевалы — пешком не представляю как можно дойти по этим лабиринтам.

Обернулся к Искре.

— Дружище. Поговорим?

Грозовой шевельнул гребнем. Голубые прожилки в зубцах коротко мигнули.

Подошёл к нему, положил ладонь на чешую у основания шеи. Она была тёплой, и под рукой шло мерное дыхание, медленнее моего раза в два. Я постоял так, собирая в голове, как объяснить.

— Слушай, Искра. Мне надо к лагерю, рядом покружить и посмотреть, что там. Главное не подставляться. Но я боюсь не просто не смогу на тебе лететь. Сорвусь.

Дракон смотрел на меня тёмным глазом и слушал интонацию. Слов он явно не понимал, нити между нами не было, а та, что когда-то была заложена, спала, и Система мне это уже объяснила.

— Я хочу попробовать на тебе полететь. Низко, над хребтами. Просто попробовать как будет ощущаться.

Сказал и сам почувствовал, как у меня в горле сел голос. Я тут же добавил, мягче:

— Низко. Понимаешь. Над землёй. Не высоко.

Искра шевельнул гребнем, отвёл голову, посмотрел в небо, потом обратно на меня. В глазу его что-то прошло, какая-то мысль, и тут же ушла, потому что слов он не знал.

Я попробовал по-другому: через Тэр-Ашт. Связаться с Кар-Рохом, может быть он может как то иметь контакт с Искрой на расстоянии, чтобы объяснил. Просто перебирал варианты и решил попробовать. Чем черт не шутит. Закрыл глаза, ушёл под рёбра, нашёл там тёплую тяжесть, и потянул к нему. Через минуту все таки нашел нашел его.