Книга Чайный Мастер. Том 1, страница 102 – Ярослав Мечников, Росс Никулин

Варг посмотрел на меня поверх пиалы. И вдруг спокойно, почти дружелюбно улыбнулся. Эта его улыбка мне не понравилась. Очень не понравилась.

— Однако, — сказал он. — Ты и правда стал соображать. И даже намёками бросаешься. Угрожаешь. Только поздно.

Он поставил пиалу на стол и покачал головой.

— И, кажется, ты не уловил главного. Но я повторю: условия изменились, — он развёл руками. — Ты — сирота с Треснутой сестрой. За душой ничего нет. А там, — он кивнул куда-то в сторону города, — серьёзные люди. Алхимик, который является членом городского Совета. Он продавит своё решение за месяц или около того. Поэтому подумай получше, Тинг, прежде чем давать ответ. О себе и о своей сестре.

Я внутренне усмехнулся. Вот в чём дело. Варг потому и не давит, ведь без бумаг с печатью Совета — а после его же слов память Тинга подсказала, что такой орган есть — его слова ничего не значат. А бумажки так быстро не получить. Бюрократия беспощадна и в этом мире.

Скорее всего, все договоры — это записи в гильдейских книгах, заверенные печатями. И Гильдия просто не может разорвать их без оснований так быстро и легко. Иначе любой арендатор в городе задумается: а не случится ли с ним то же самое? Те же владельцы лавок начнут готовиться к подобному заранее, чтобы их не выкинули с земли другие влиятельные ремесленники. Это очень сильно подорвёт доверие к гильдейским бумагам. А на этом, видимо, и держится вся эта система.

Поэтому-то Варг и не пытается действовать грубой силой. Ему нужно, чтобы я сам отказался. Сам подписал. Сам ушёл.

Вот только я не собирался этого делать. Поэтому поднял глаза на Варга, который допивал остывший чай, и сказал:

— Месяц.

Он поднял бровь, пристально оглядел меня. Потом хмыкнул.

— Ты не торопись, Тинг. Подумай о своей сестре.

— Месяц, — уверенно повторил я.

Варг посидел ещё с минуту, буравя меня взглядом. А потом одним глотком допил чай, поставил пиалу и поднялся.

— Марвин научил тебя неплохой чай заваривать, — кивнул он на заварник, одёрнув куртку, — но вот свой ум в чужую голову не вложишь. Это верно.

А сделав шаг к выходу, замер и обернулся.

— Если надумаешь отказаться от «вечной кабалы» и спокойно жить дальше, — он усмехнулся, — то приходи в Гильдию в любой день.

После чего вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

В зале стало тихо. Рау высунул мордочку из сумки и тихо пискнул. Дверь в комнату Лиры скрипнула.

— Ты с ума сошёл, — раздался её голос за спиной.

Я обернулся. Она стояла в дверях. Слегка бледная и напряжённая. Кулаки сжаты, глаза сверкают, а вместо губ — тонкая линия.

— Услышала, — выдохнул я, потерев переносицу.

— Да, — она подошла и села напротив. — Десять высоких камней, брат, — голос её дрогнул. — Ты хоть понимаешь, что это за сумма?

— Понимаю, — ответил я спокойно.

— Нет, не понимаешь, — отрезала она. — Ремесленник средней руки такой доход имеет только за полгода или даже за год, а мы с тобой… — она не договорила, но и без того понятно, что она имела в виду.

Рау забрался на стол, заёрзал, устраиваясь поудобнее, и стал толкать лапой пиалу к краю. Я переставил её подальше, чтобы тот не опрокинул её, и ответил:

— Ну, начнём с того, что такой ремесленник зарабатывает поболее того, что ты сказала. И за год может накопить приличную сумму.