Книга Чайный Мастер. Том 2, страница 126 – Ярослав Мечников, Росс Никулин

— Вы знаете, чья это тетрадь? — спросил я тихо и по тяжёлому вздоху старика понял, что это не просто тетрадь.

— Жены, — обронил он глухо. — Она много знала. Может, даже поболее моего, но никогда не горела алхимией, как я.

Я замер, потому что мгновенно узнал в нём себя, и от этого в груди что-то сжалось.

Марвин не смотрел на меня — только на тетрадь, на эти ровные строчки, выведенные чужой рукой много лет назад. Сам слегка сгорбился, осунулся, а на лбу будто добавилось морщин.

Смотря на него, я невольно вспомнил свою жену.

Она, как и я, жила чайным делом, — мы спорили о проливах до хрипоты, делали различные сборы, искали легендарный чай, о котором мечтали лет двадцать. Но она умерла за год до того, как я наконец добрался до него и сделал тот последний глоток, из-за которого, кажется, и оказался здесь.

Сердце сдавило от горечи, но горечи притупленной, остывшей, но и этого хватило, чтобы я на пару вдохов просто перестал что-либо чувствовать, кроме этой тяжести.

А потом я с силой тряхнул головой, сжал и разжал кулаки, сморгнул слезу и прогнал грустные мысли. Точнее, попытался.

Марвин же всё водил пальцами по строкам, и я не спешил нарушать эту тишину, которая растянулась на несколько минут. Её нарушал только треск дров в очаге да приглушённые голоса из зала.

— Она бы порадовалась, что тетрадь пригодилась, — сказал я наконец, хотя, наверное, слова эти для мальчишки моего возраста звучали странно, и всё равно я их сказал, потому что знал, что у старика внутри.

Марвин хмыкнул, но не зло, а как-то устало, и отдал мне тетрадь.

— Изучай. Ты ведь тут теперь хозяин, — сказал он.

Это простое признание вызвало у меня ещё большее уважение к старику, потому что он наконец-то признал меня равным, а не сопляком, забредшим в чужое дело.

— Спасибо, — ответил я. — Но без вас мне тут всё равно не разобраться.

Я раскрыл тетрадь и подвинул её так, чтобы ему было видно.

— Вот, смотрите. Вот здесь и вот здесь она берёт вполне обычные травы, всё как положено. А вот тут, — я перелистнул несколько страниц и ткнул пальцем в другой рецепт, — ваша жена использует совсем неподходящие растения. Их вообще нельзя вместе заваривать, но у неё почему-то работает.

— Да, ты прав, — Марвин снова нахмурился, вчитываясь. — И ранг у них разный…

— Вот об этом я как раз и хотел спросить, — я подобрался. — Я тут на днях использовал пыльцу Лунного колокольчика…

Старик медленно поднял на меня глаза, и взгляд его стал таким, что я невольно осёкся.

— Не переживайте, — быстро добавил я. — Я ничего с цветком не делал. Просто собрал немного пыльцы с поверхности листьев, вот и всё. Ни одного лепестка не тронул.

— И что? — тяжело выдохнул Марвин. — Заморозил свой чай?

Я невольно усмехнулся, потому что старик попал в самую точку.

— Вы, как всегда, проницательны, — кивнул я.

— Не язви, щенок, — беззлобно бросил он и снова уткнулся в тетрадь.

— Так вот, — продолжил я. — Что вы думаете, как у вашей жены получались такие чаи? Тут ведь ранги разные, а связка хоть и непростая, но используется не везде. По идее половина её рецептов должна или замёрзнуть, или испариться, или превратиться в бесполезную бурду.

Марвин долго изучал один из рецептов, бубнил что-то себе под нос, шевелил губами, пересчитывая ингредиенты, и всё сильнее хмурился.