Книга Перезагрузка Императора, страница 50 – Ярослав Мечников

Лиандриэль посерьезнела. «Сегодня у нас очень важная задача, Лисандр. Нам нужно попытаться связаться с моими союзниками. Передать им, что ты жив, и твои координаты. Для этого мы воспользуемся остатками коммуникационных технологий Кхар’раш. Здесь, в городе, есть старый узел связи, который, по слухам, еще можно запустить».

Мы вышли из цитадели и направились вглубь города. И чем дальше мы шли, тем больше я убеждался, что Лиандриэль была права, говоря об упадке этого народа. Если вчерашний путь к цитадели пролегал по относительно чистым и оживленным улицам, то теперь мы углублялись в более трущобные кварталы.

Здесь царила грязь и нищета. Дома были еще более ветхими, многие — полуразрушенными. На улицах валялся мусор, среди которого копошились какие-то мелкие, похожие на крыс, существа. Пьяные великаны горланили песни или дрались прямо на мостовой. Я видел женщин-Кхар’раш, с усталыми, потухшими глазами, предлагающих свои… услуги… другим великанам или редким чужакам-торговцам, которые, видимо, иногда сюда все же добирались.

В одном месте мы стали свидетелями жуткого обряда — какого-то провинившегося великана, привязанного к столбу, клеймили раскаленным железом под одобрительные крики толпы. Зрелище было не для слабонервных.

«Да уж, — пробормотал я, отворачиваясь. — Веселенькое у них тут общество. Культурный отдых, так сказать».

«Они многое пережили, Лисандр, — тихо сказала Лиандриэль, ее голос был полон грусти. — Войны, предательства, изоляция… Это сломало многих. Они забыли, кем были когда-то. Но не все. Еще остались те, кто помнит древние знания и стремится к свету».

Она привела меня к зданию, которое разительно отличалось от окружающей разрухи. Оно было построено из гладкого, темного металла, с большими, хоть и пыльными, обзорными окнами. Фасад был покрыт сложными, выгравированными символами, похожими на те, что я видел на доспехах «Протектор-Альфа». Это явно было строение времен технологического расцвета Кхар’раш.

Дверь открыл нам старый, почти высохший великан. Он был не таким массивным, как воины, но в его глубоко посаженных желтых глазах светился острый, пронзительный ум. На его лице и руках виднелись странные светящиеся татуировки, а на одном глазу был закреплен сложный оптический прибор, похожий на монокль.

«Лиандриэль, дитя мое! — проскрипел он, его голос был похож на шорох старого пергамента. На его лице появилась теплая, почти отцовская улыбка. — Я уж и не чаял снова увидеть тебя здесь. Ты так выросла… стала настоящей воительницей».

«Приветствую тебя, Мастер Рунгар, — Лиандриэль почтительно склонила голову. — Мне нужна твоя помощь. И помощь твоему древнему искусству».

Рунгар перевел взгляд на меня. Его острые глаза, казалось, просканировали меня насквозь. «А это, я так понимаю, и есть тот, о ком шепчутся звезды и древние камни? Последний из рода Архос?»

«Он самый, — кивнула Лиандриэль. — Нам нужно передать сообщение. Срочное и очень важное».

Рунгар молча кивнул и провел нас внутрь. Коммуникационный центр Кхар’раш представлял собой печальное зрелище. Огромный зал был заставлен рядами древних, покрытых пылью терминалов, большинство из которых были разбиты или разобраны на запчасти. Но в центре зала, под специальным защитным куполом, стоял один, относительно целый, аппарат — сложная конструкция из кристаллов, металла и переплетенных световодов.