Книга Системный Алхимик I, страница 10 – Павел Шимуро

Я кивнул и сделал то, что он хотел. Поднёс ему тряпку и снова отступил, чтобы не мешаться под ногами. Аромат лекарственной мази просто невероятен. Освежающий аромат, наполняющий тело расслабляющим ощущением. Пока вдыхал его напряженные нервы сами собой расслабились. Чувствовал себя так, будто бы окунулся в горячую ванну наполненную ароматическими солями.

Он шлепнул пальцами по повязке и размазан лекарство по её поверхности. Потом он приложил к ране охотника и вдруг тот начал дрыгаться. Мужчина зажмурил глаза и резко распахнул их. От непонимания, где он находится и почему ему так больно, он попытался вскочить на ноги. Безумие в его глазах полыхало огнём, а руны на теле начали пульсировать алым светом.

— ДУХИ! ОНИ ЖГУТ МЕНЯ! — он рвался с кушетки, но тело, ослабленное кровопотерей, не слушалось. Хрипел, цепляясь за воздух, пока крик не встревожил его брата за дверью.

— Мазь делает своё дело, — сказал Барус, его голос был твёрд, как сталь. Он взглянул на раненого, и тот, обливаясь потом, затих, словно под заклятием. Аромат трав наполнял хижину, но боль, судя по всему, была адской.

Я следил, затаив дыхание. Этот мир, эти руны, эта алхимия — всё чужое. Но я должен научиться, иначе останусь никем.

— Позови его, — Барус кивнул на дверь.

Я вышел на крыльцо. Брат раненого, широкоплечий, с рунами на шее, шагнул ко мне, глаза полны страха.

— Он… жив? — голос его дрожал.

Я кивнул, но он не поверил, отступив назад, будто увидел призрака.

— Духи забрали его! — выкрикнул он, сжимая кулаки. — Мой брат… Почему он не выжил⁈

— Жив, — сказал я, отступая. — Идём, сам увидишь.

Он замер, лицо вспыхнуло стыдом. Я отвернулся, скрывая усмешку. Деревня — сплошные суеверия…

— Забирай его, только давай без лишних вопросов, — он махнул рукой и притворился уставшим, хотя я чувствовал, что это не так!

Мужчина растолкал своего брата и тот едва очухавшись, сразу перевёл взгляд на Баруса. Он двигал пересохшими губами, в попытках поблагодарить старика, но тот лишь покачал головой и сказал, что слишком устал и хочет отдохнуть. Всё-таки на дворе уже поздняя ночь, люди спят…

Охотники ушли и наконец-то наступила тишина. Старик присел на край кровати и попросил меня согреть ему воды. Я кивнул и сделал все быстро. Пока он отмачивал больные ноги в тазу, я убирал всю кровь. Он не просил меня это сделать, сам проявил инициативу. Старик и так едва ползает со своей клюшкой, не хотелось бы, чтобы он горбатился вытирая тряпкой всю кровь.

Закончил с уборкой, даже захватил крыльцо и вернувшись в дом, решил расспросить его об алхимии и почему он не хочет учить меня этому ремеслу. Не думаю, что всё упирается в так называемый талант.

Поймал себя на мысли, что не знаю, как к нему обратиться. Дедушка или по имени? Не выбрал ничего стоящего и просто начал говорить:

— Научи меня алхимии, — сказал я, голос дрогнул, выдавая нетерпение.

Барус не шелохнулся, уставившись в воду. Его молчание тянулось, но я ждал, стиснув зубы. Наконец он поднял взгляд. Его глаза холодны, как никогда.

— Нет в тебе искры, Алекс, — его голос резал, как нож. — Ты суетишься, глаза бегают. Алхимия требует стального сердца, которого у тебя нет.

— Искры? — я наклонился ближе, сжав кулаки. — Травы, мази — это же просто ремесло!

Барус усмехнулся, постукивая пальцами по кровати. В его глазах мелькнула тень, будто бы он погрузился в воспоминания. Дом сковала гробовая тишина, только мелодичное постукивание пальцами слегка щекотало мои и без того расшатанные нервы.