Книга Системный Алхимик I, страница 87 – Павел Шимуро

— Кто хочет… Кто хочет, чтобы его дитя погибло раньше родителей? — женщина закусила нижнюю губу и сквозь всхлипы спросила меня.

— Никто, поэтому я здесь…— я пожал плечами и подошёл к кровати. Женщина кинулась в мою сторону, но охотник вовремя остановил её.

— Постой! Мари! Услышь меня! — он потряс её за плечи и гаркнул. — Дай ему шанс! Наш парень и так уже настрадался! Неужели ты хочешь, чтобы он и дальше мучился на этой проклятой кровати? — женщина лишь отвела взгляд и ничего не сказала.

Я стою возле кровати, внутри всё сжимается от волнения. На самом деле, я вообще не уверен в том, что мне удастся спасти их ребёнка. Сам себя убеждал, что не стоит лезть в опасные авантюры и лучше сосредоточиться на планомерном развитии, но уже в который раз я оказываюсь по уши в дерьме. Ладно, была не была, если не справлюсь, то придётся напрягать мозги и думать, как разрулить ситуацию.

Осторожно наклонился и схватился за край простыни. Она уже пропиталась потом парня — боюсь представить, какую боль он испытывает, раз его тело так реагирует. Медленно снимаю покрывало с тела юноши и, раскрыв его тело, сразу же отошёл на один шага назад.

Что это такое⁈

Дрожь пробежала по телу. Волосы встали дыбом. Ещё никогда прежде не видел столь мерзкого зрелища — вены на теле юноши вздулись, абсолютно везде. Они выпучились сквозь кожу и пульсируют алым светом. Самое интересное, что эти же вены каким-то образом оплетают его тело, сжимают мышцы и кости. Вся кожа в синяках, кровоподтёках!

Как он ещё жив-то? У этого мальчугана невероятная сила воли! Я искренне уважаю его тягу к жизни, любой бы сдался на месте несовершеннолетнего пацана, который и жизни-то не видел. Присел на стул возле него, осторожно надавил на одну из вен. Твёрдая, но при этом пластичная — запоминает на некоторое время отпечаток моего пальца.

— Дела не очень, — я повернулся к Гану и его супруге. — Что старик говорил по этому поводу? Можешь точно передать мне его слова? — хоть я ни черта не смыслю в медицине, почему бы не учиться прямо сейчас? Использую слова старика, как основу для будущей диагностики подобных заболеваний. Это сильно упростит мне жизнь, ведь по сути я не только алхимик в глазах этих людей, но ещё и лекарь, целитель, медик или доктор, можно описать, как душе угодно, суть будет неизменной.

— Он…— замешкалась женщина. — Ган? — она с надеждой в глазах посмотрела на своего супруга, а тот потёр седые виски и начал говорить:

— Тогда я не воспринял его слова всерьёз, ну звучало, как бред одинокого алхимика, — он пожал плечами. — Что-то про застои в кровотоке, разбухшие меридианы, сквозь которые проходит сила родословной. Он назвал это…— мужчина глубоко задумался. В комнате повисла тяжелая тишина.

— Отторжение, — вдруг произнесла Мари. Она прикрыла рот рукой, горькие слёзы брызнули из её глаз. — Я ничего не понимаю, почему именно наш сын⁈ Почему не кто-то другой?

Отторжение говоришь? Получается его дар отвергает его самого? Что за глупость? Как такое возможно? По сути, ты родился с этим даром или родословной, как сказал Ган. Живи себе и живи, горя не знай, но природа порой чудит приколы. Можно ли это назвать судьбой? Да хрен его знает.

Я достал из кармана коробочку с таблетками собственного производства. Они грубые и неказистые, но по идее должны помочь юноше справиться с недугом, ну или по крайней мере ослабить его. Я своими глазами вижу, что родители не готовы отказаться от жизни сына и верят в то, что он рано или поздно встанет на ноги.