Книга Системный Алхимик II, страница 102 – Павел Шимуро

— Да, оно работает, спасибо тебе, алхимик!

— Спасибо, алхимик! — охотники хором начали кричать и уже было подняли меня на руки, чтобы начать подкидывать под потолок пещеры, но благо я быстро ретировался и поправив одежду, сказал:

— Это моя работа, но и вы не забывайте про молодого алхимика, — намекнул я о том, что в будущем мне может понадобиться их помощь. Конечно же я не просто так прикладываю столько усилий, чтобы взрастить охотников, как молодых, так и старых. В этом есть некоторый корыстный умысел. Ну а кто бы отказался от развития своей собственной армии? Особенно в таком неизвестном мире. С помощью лекарств я смогу привязать их к себе и… Нет, слишком далеко захожу, сначала нужно разобраться с лекарством и составить небольшой план по реализации условного конвейера.

В планах было запастись лекарством настолько сильно, насколько это возможно. Нужно просто делать рейсы до деревни, собирать цветы, делать из них суспензию и формировать целый набор таблеток. В теории можно сделать их совершенно разной мощности. Например, взять кровь Байера, как охотника второго ранга, кровь Маркуса, как охотника третьего ранга и кровь тощего мужика, он у нас теперь самый слабый из группы, ведь он до сих пор первого ранга и считается тоже молодым охотником.

Группа вроде бы успокоилась, но муки Байера до сих пор продолжаются. Своими глазами вижу, как его татуировка то открывает глаза, то закрывает. Свет стал настолько ослепляющим, что мне приходилось закрывать глаза, только охотники стояли и смотрели на парня, как завороженные, даже не моргая.

От жуткого крика, у молодого охотника уже давно сорвало горло. Всё, что я слышу уже битый час, так это несвязные выкрики, которые переходят в булькающие звуки. Страшно, ничего не скажу. Я даже представить не мог, что они повышают свой уровень таким образом. Теперь понятно, почему охотники смотрят на муки Байера не отводя глаз. Это достойно уважения, они будто бы проявляют молчаливую солидарность и таким образом поддерживают паренька на его нелёгком пути.

Я подошёл чуть-чуть поближе и присел на корточки. Хочется видеть изменение татуировки во всех деталях. У охотников на разных рангах она действительно отличается. У кого-то более детализированная, можно заметить чешую, глаза с вертикальным зрачком, а кто-то не может похвастаться подобным. Например, у тощего охотника, она расплывчатая и больше напоминает силуэт, состоящий из жестких мазков толстой кистью.

Как говорил Маркус или Байер, уже толком и не упомню, на четвёртом ранге эта змея оживает. Получается от первого ранга до третьего происходит процесс максимально детализации, после чего змея приобретает качества живого организма. Это ещё предстоит проверить, пока только один человек достиг такого ранга, и он пропадает черт знает где, вместо того, чтобы плотно заняться деревней, а не сбрасывать это на Маркуса, который занимается и детьми, и стариками, и мужчинами среднего возраста, да чего уж там мелочиться, сейчас на нём вся деревня висит и в принципе удивительно, что он вызвался в этот опасный поход.

Сейчас змея Байера постепенно трансформируется в нечто между рисунком годовалого ребёнка и наброском полупрофессионального художника. В принципе ничего сверхъестественного.

— Долго он так мучиться будет? — спросил я у охотников, а те лишь развели руками.