Книга Знахарь 6, страница 75 – Павел Шимуро

— Стучаться разучился? — спросил Моран, не поднимая головы.

— Дверь была открыта.

— Дверь открыта, потому что этот чёртов замок заедает, и я уже четвёртый год прошу администрацию прислать плотника. Но раз уж вошёл — садись. Я почти закончил.

Я сел на табуретку у стены.

Моран высыпал содержимое ступки в горшочек, закрыл крышкой, отставил в сторону и повернулся ко мне. Его глаза, маленькие и водянистые, смотрели с тем выражением, которое я научился распознавать — оценка, замаскированная под равнодушие.

— Зашёл попрощаться, — сказал я.

— Похвально. Редкое качество для молодёжи. — Он вытер руки о фартук. — И?

— И забрать рецепт, который ты обещал.

Моран хмыкнул, потянулся к полке и достал полоску коры, перевязанную шнурком. Положил передо мной на стол.

— «Настой Сумеречной Лозы». Анестетик. Ранг D по гильдейской классификации, хотя я считаю, что Солен занизил его нарочно, чтобы не платить автору за более высокий ранг. Но это политика, а не алхимия.

Я развязал шнурок и развернул кору. Рецепт был записан разборчиво, каждый ингредиент с пояснениями.

Основа: Сумеречная Лоза, корень, третья фракция (стебель токсичен, не использовать). Сбор: нижний ярус, тень, после дождя. Хранение: сухое, тёмное, до 60 дней.

Стабилизатор: Кровяной Мох (стандартный), соотношение 3:1 к основе.

Катализатор: Кровяная Капля, микродоза (⅛ стандартной), добавлять на этапе 2.

Три этапа: разрушение при 70 градусах (не выше — разложение алкалоидов), фильтрация через двойную ткань, стабилизация охлаждением до комнатной температуры.

Форма: жидкий настой. Срок: 14 дней. Эффект: потеря чувствительности в зоне нанесения, 20–40 минут. Побочные: сонливость, тошнота при передозировке.

Новый рецепт получен!

«Настой Сумеречной Лозы» (анестетик, ранг D).

Совместимость с текущей базой рецептов: 72%.

Потенциальная модификация: замена Кровяной Капли на микродозу Серебряного Экстракта → прогноз: +15% длительность, −20% токсичность.

Требуется: экспериментальная варка.

Золотистые строки мигнули и растворились. Я убрал кору в сумку, прижав к внутренней стенке, рядом с Серебряной Печатью.

— Спасибо.

Моран откинулся на спинку стула. Стул скрипнул жалобно и протяжно.

— За рецепт не благодари. Он в любом гильдейском каталоге — кто хочет, тот берёт. Я дал тебе кое-что сверху: пометки по дозировкам, которые в каталоге не указаны. Солен считает, что стандартная доза — половина склянки. Я за сорок лет практики выяснил, что для детей до десяти лет необходима четверть, для стариков только треть, а для культиваторов второго Круга и выше только полная, иначе не берёт. Метаболизм разный. Солен это знает, но в каталог не включает, потому что тогда придётся признать, что его «стандартная доза» — пустая фикция.

— Я заметил пометки, они ценнее рецепта.

Моран посмотрел на меня долгим взглядом и промолчал несколько секунд. Потом заговорил другим тоном, тише, без иронии.

— Парень. Я видел, как ты работаешь. Когда ты рассчитывал анестезию для Ирмы, ты не просил таблицу, ты считал в голове по весу, по возрасту, по состоянию печени. Мои ученики так не умеют. Мои бывшие коллеги по Гильдии так не умеют. Я не спрашиваю, откуда ты это взял, потому что ответ мне не понравится, и я предпочитаю жить в неведении. Но прошу об одном.