Книга Знахарь 7, страница 71 – Павел Шимуро

— Метка, — сказал я, меняя тему. — Сколько осталось?

Варган перевёл взгляд на юго-запад. Его глаза чуть сузились, и я заметил, как дёрнулась жилка на его виске — он прислушивался к чему-то, чего я не мог слышать.

— Часа два, может три. Дальние пульсы уже мутные, как будто слушаешь сквозь стену. Наш, — он кивнул в сторону побега, — чётко. Северо-западный глухо, но ритмично. А вот четвёртый…

Он замолчал. Его рука потянулась к груди, пальцы легли на рёбра, прямо над сердцем.

— Что с ним? — спросил я.

Варган не отвечал несколько секунд. Его челюсть двигалась, как будто он подбирал слова для чего-то, что трудно передать речью.

— Изменился, — сказал он тихо. — Вчера, когда я лёг спать, он стучал рвано. Длинная пауза, короткий удар, пауза ещё длиннее, удар.

— А сейчас?

— Сейчас ровный. — Варган посмотрел на меня, и в его глазах я увидел не облегчение, а тревогу. — Вот в этом и дело, лекарь. Он стал ровным, но не так, как здоровое сердце. Здоровое стучит, потому что хочет, а этот стучит, потому что кто-то его сжимает.

Он снял руку с рёбер и сжал кулак. Медленно разжал. Сжал снова.

— Вот так. Удар, — кулак сжался, — пауза, — кулак разжался, — удар.

Я протянул руку и положил ладонь ему на плечо. Серебряное касание активировалось мгновенно, и через контакт я нырнул в остаточный рисунок метки, который ещё тлел в его крови.

Варган прав.

Я видел это. Поверх родного ритма камня лежала чужая частота, тонкая, паразитная. Она обволакивала пульс Реликта и стягивала его, как удавка.

Сущности из видения — те тёмные, маслянистые фигуры, стоявшие над трещиной. Они не просто ждали, они кормились.

Убрал ладонь. Золотые символы уже проступали перед глазами.

Четвертый реликт: обновление

Внешний дренаж обнаружен. Источник: неидентифицированные объекты в зоне Серого Узла

Пересчёт: остаточный ресурс — 8 дней (было 10)

Скорость дренажа увеличивается нелинейно

Прогноз при сохранении текущей динамики: полное истощение через 6–9 дней

— Плохо, — сказал я.

— Знаю, — ответил Варган. — Сколько у нас?

— Восемь дней. Может, шесть.

Охотник втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Его копьё, прислонённое к перилам, качнулось от порыва ветра, и Варган поймал его одним движением. Пальцы обхватили древко, отчего костяшки побелели.

— Мы планировали выходить через два часа, — произнёс он.

— Мы выходим сейчас.

Варган кивнул, после перехватил копьё, спустился с крыльца и двинулся к воротам.

— Далан и Тарек у ворот, — бросил он через плечо. — Я их видел, когда выходил.

…

Я вернулся в мастерскую. Подхватил ящик, закинул на спину, затянул лямки. Проверил перчатки в кармане и оставил их там.

Горт ждал у двери, прижимая к груди последний черепок.

— Всё записано, — сказал он. — Протоколы, рецепты, расписание. Ежедневник на двенадцать дней.

— Хорошо.

Горт кивнул и спрятал черепок за пазуху.

Лис стоял у побега босиком, как обычно.

— Учитель, — сказал он. — Вы вернётесь?

— Через двенадцать дней.

Лис кивнул, потом протянул руку и коснулся побега кончиками пальцев, осторожно, как гладят кошку. Побег чуть качнулся навстречу.

— Я буду с ним, — пообещал мальчик. — И считать дни.

Я не стал говорить ничего лишнего. Развернулся и пошёл к воротам.

…

Четвёрка стояла у распахнутых створок, а Аскер стоял у створки.

Он не прощался и не говорил напутственных слов. Он просто стоял и смотрел на нас. Его глаза переходили с одного на другого: Тарек, Далан, Варган, я.