Книга Знахарь 7, страница 98 – Павел Шимуро

Я шагнул с последней ступени на площадь. Бордовое свечение моих рук полыхнуло по каменным плитам, и все трое одновременно повернулись ко мне.

Варган на мгновение окаменел. Его глаза прошлись по моим рукам от серебристых пальцев до плеч, где капилляры уходили под ткань рубахи. Он сжал челюсти так, что на скулах проступили мышцы. Потом глубоко вдохнул, медленно выдохнул и перехватил копьё.

— Получилось? — голос ровный, без дрожи.

— Камень будет жить, — я шагнул к нему, стараясь не покачиваться. Ноги ещё слушались плохо, но показывать слабость перед стражами-марионетками за спиной было бы глупо. — Полтора месяца. Может, чуть больше.

— А ты? — Тарек кивнул на мои руки. Его голос звучал хрипло — видимо, ему тоже досталось.

— А я теперь фонарь, — слабо усмехнулся. — Больше не придётся таскать факелы.

Никто не засмеялся. Далан посмотрел на меня, потом на сущностей, потом убрал нож в ножны и без слов развернулся к выходу с площади.

Мы уходили молча. Три сущности у провала не шевельнулись. Та, с копьём в груди, даже не повернула голову. Их задача состоит в охране входа, и мы больше не были нарушителями — мы стали чем-то вроде посетителей, которые оставили подношение и уходят восвояси.

Обратный путь через руины прошёл без единого слова. Далан вёл, Тарек шёл в середине, я замыкал. Варган пристроился рядом со мной и молчал, бросая на мои руки быстрые взгляды, которые считал незаметными. Я их замечал, но не комментировал.

Мы добрались до полуразрушенного дома, где ночевали перед вылазкой. Стены ещё стояли, крыша провалилась только наполовину, и внутри было относительно сухо. Далан осмотрел периметр, убедился, что паразитные прожилки не доползли до нашего укрытия, и кивнул.

Тарек осел на камни у стены, осторожно ощупывая рёбра. Его лицо было серым.

— Покажи, — я подошёл к нему и присел рядом. Поднял его рубаху. Правая сторона грудной клетки покрылась обширной гематомой от нижнего ребра до подмышки. Отёк уже начал развиваться. — Дыши глубоко. Больно?

Тарек попробовал вдохнуть и скривился.

— Терпимо.

— Враньё, — я осторожно прощупал рёбра через серебряные пальцы. Касание стало странным: чувствовал не только поверхность кожи, но и ткани под ней. Кость, мышцу, хрящ. Серебряное касание после прямого контакта с Реликтом обострилось настолько, что ладонь превратилась в живой рентген. — Трещина седьмого ребра. Не перелом, иначе ты бы не дышал так ровно. Перевяжу.

Я достал из поясной сумки полоску чистой ткани, смочил её водой из фляги и аккуратно обмотал грудную клетку Тарека. Парень молчал, стиснув зубы. Когда я затянул повязку, он осторожно вдохнул ещё раз.

— Лучше.

— Одна из них зашла сбоку, — Варган подал голос от дальней стены. Он привалился спиной к каменной кладке и положил копьё рядом. — Тарек перехватил её, но штуковина ударила его плечевой костью, как дубиной. Плечевой костью мертвеца, ты можешь себе представить такое?

— Они помнят, как дрались при жизни?

— Нет, — Варган покачал головой. — Они не дрались — они отталкивали. Каждый раз, когда мы лезли к провалу, они выстраивали стенку и просто отшвыривали нас назад, как мы отгоняем ворон от вяленого мяса.

— А потом перестали.

— Резко, — Варган прищурился. — Ты там что-то сделал, и они все разом остановились. Постояли секунд десять, развернулись и пошли обратно к дыре.