Книга Знахарь 8. Финал, страница 7 – Павел Шимуро

Вчера мне казалось, что у нас два с половиной дня, но осталось двенадцать часов. За это время мне нужно решить, что делать с человеком, который увидит всё.

Утренний свет кристаллов пробивался сквозь кроны пятнистыми бликами, и мастерская была залита неровным тёплым светом. Я разложил ингредиенты на столе и пересчитал их дважды, потому что от недосыпа в глазах всё двоилось. Маскирующий бальзам, который мы использовали ещё при осаде, работает против культиваторов до 3-го Круга. Для Рена он бесполезен, как бумажный зонтик в ураган. Нужна модификация.

— Горт, экстракт лозы-мутанта. Весь, сколько осталось.

Горт полез на верхнюю полку и снял оттуда глиняный горшочек с притёртой крышкой. Внутри поблёскивала густая серебристая жидкость с бордовыми прожилками.

— Семнадцать капель, — Горт поставил горшочек на стол и раскрыл записную дощечку. — Последняя партия, которую снял с побега три дня назад. Лоза больше не выделяет экстракт, я проверял вчера вечером.

На три дозы хватит с минимальным запасом. Я начал отмерять ингредиенты, раскладывая их в строгой последовательности слева направо.

Лис сидел на лавке у стены, скрестив ноги и закрыв глаза. Я краем витального зрения контролировал его аномалию. Нити субстанции по-прежнему тянулись к нему из воздуха, минуя каналы и проникая через кожу предплечий. За ночь интенсивность поглощения выросла ещё на четыре десятых процента. Совместимость с фоном поднялась до девяноста четырёх и семи. Если так пойдёт дальше, через месяц его тело станет проводником чище, чем у любого культиватора в известной мне истории.

— Начинаем, — я бросил мох в прогретый тигель и запустил первую фазу.

Разрушение прошло штатно. Мох размягчился, отдал клеточную влагу, и по мастерской поплыл характерный горьковатый дым. Горт записывал параметры, не поднимая головы.

Я перешёл ко второму этапу. Добавил серебряную траву, и раствор загустел, приобретая молочно-сиреневый оттенок. Фильтрация через угольный слой, осаждение тяжёлых фракций. Пальцы работали сами, и мне не нужно было думать о последовательности, потому что тело уже запомнило этот танец.

Именно в этот момент побег за стеной выдал нечто, чего я не ожидал.

Его пульс раздвоился.

Я замер с пипеткой экстракта лозы в правой руке. Витальное зрение развернулось на полную, и картинка стала чёткой. Двадцатисантиметровый серебристый отросток у ворот пульсировал с двумя наложенными ритмами. Основной, знакомый, стабильные сорок четыре секунды, никуда не делся, но под ним, как второй голос в хоре, проступил новый слой.

Двадцать две секунды.

Мой ритм.

Синхронизация Рубцового Узла с побегом: критическая фаза

Расстояние серебряной сети до Узла: 1.8 см (было 3.0 см, 6 часов назад)

Причина ускорения: побег транслирует субстанцию в сеть Героя через фундамент мастерской

Прогноз соединения: 4–6 часов (было 3–4 дня)

Вчера ночью система говорила о трёх-четырёх днях. Побег ускорил процесс в пятнадцать раз за одну ночь, и мне не нужно долго гадать о причинах, чтобы их понять.

Камень чувствует Рена.

Реликт не обладает разумом в привычном смысле, но у него есть инстинкт, который за два месяца я научился распознавать. Инстинкт выживания. Когда приближалась корневая инспекция, реликт убил одного из четырёх воинов и заразил остальных. Когда маяк грозил уничтожением, Реликт вырастил побег и протянул его к деревне. Камень защищает свою зону, а зона теперь включает меня. Побег торопит соединение, потому что незавершённый пятый узел уязвимее завершённого, и камень это понимает на уровне, который не требует слов.