Книга Кодекс Магических Зверей 1, страница 118 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

Едва успел лечь, как на край кровати бесшумно запрыгнул Люмин. Он покрутился на месте, устроился комочком у моего бока, упёршись тёплым лбом мне в руку, и почти сразу засопел. Его присутствие было лучшим лекарством от усталости и мрачных мыслей. Я погладил его по шелковистой шерстке, закрыл глаза и провалился в сон.

Проснулся от внутреннего толчка ещё до рассвета. Не умываясь, лишь накинув рубаху, вышел в главный зал. Первым делом бросил взгляд на ящик и увидел, что миски с бульоном и водой остались нетронутыми. Крох сидел, прижавшись спиной к доскам, и смотрел на меня. Его ненавидящий и голодный взгляд за ночь не изменился, но теперь в его позе читалась не только агрессия, но и крайняя степень истощения. Его бока впали ещё сильнее, шерсть, казалось, потеряла последний блеск.

«Это плохо. Очень плохо», — пронеслось у меня в голове. Без воды он протянет день-два, без еды чуть дольше. Нужно действовать, но как? Силовое кормление в его состоянии вызовет только стресс и может убить. Требовалось сломать барьер недоверия.

Я забрал все миски, помыл их, налил свежей прохладной воды и поставил обратно. Затем подошёл к клетке Грайма и аккуратно перенёс его на стол. Осмотр принёс облегчение: броненосец дышал ровно и глубоко, температура была почти нормальной. При прикосновении к животу он даже слегка вздрогнул и приоткрыл один глаз. Он приходил в себя! Лекарство работало, осложнений не было. Это огромная победа.

Вдруг снаружи раздался резкий, нетерпеливый стук. Замер, прислушиваясь. За дверью кто-то ворчал.

— Эй, Моррис! Ты там? Открывай!

Голос был хриплым, грубым и очень знакомым. Я тихонько подошёл к двери, но не стал сразу открывать. Вчерашние «гости» заставили вести себя осторожнее.

— Кто там? — спросил я.

— Кто, кто… Борк! — прогремел трактирщик. — Открывай давай, а то вышибу дверь к чертям!

Я отодвинул засов и открыл дверь. Борк буквально ввалился внутрь, отодвинув меня плечом. Его лицо было серым от недосыпа и напряжения, но в глазах горел лихорадочный огонь надежды.

— Где он? — коротко бросил мужчина, оглядываясь.

Его взгляд скользнул по пустой клетке в углу, затем метнулся к столу и застыл, будто его ударили между лопаток. Он сделал шаг, потом ещё один. Медленно, как во сне, подошёл к столу и навис над своим питомцем. Его могучая, тучная фигура вдруг сгорбилась. Борк протянул руку с дрожащими пальцами, и осторожно, едва касаясь, провёл по спине Грайма.

— Как он? — голос трактирщика сорвался на хрипотцу.

— Идёт на поправку. Инфекция отступила, и он понемногу начал приходить в себя. Думаю, сегодня сможет окончательно очнуться.

— Сегодня? — Борк резко обернулся. — Правда?

— Судя по всему, да, но расслабляться рано. До полного выздоровления еще далеко.

Борк кивнул, словно мальчишка, получивший строгий наказ. Затем, не глядя, сунул мне в руки холщовую сумку, которую принёс с собой.

— На, разбери пока еду, сумку только верни.

Я заглянул внутрь: опять окорок, сыр, хлеб, яйца, свёрток со свежей зеленью.

— Спасибо, — сказал искренне.

— Иди, разбирай, а я… — он махнул рукой, уже повернувшись обратно к Грайму. — Тут побуду.

Я отнёс сумку на кухню, быстро разложил продукты, и вернул Борку пустую сумку. Он стоял у стола, не отрывая взгляда от броненосца, и что-то беззвучно шептал своему питомцу, гладя огромной ладонью по голове.