Книга Кодекс Магических Зверей 1, страница 28 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

Я замер, не в силах оторвать глаз от этого сюрреалистичного зрелища. Волнение, страх перед неизвестностью — всё померкло перед лицом абсолютно чуждого, не подчиняющегося никаким земным законам зрелища.

Дядя, наблюдавший за моей немой реакцией, хрипло хмыкнул.

— Давненько не видел таких рож, — прокомментировал он. — Обычно такое только у зелёных новичков. Ну что ж… — он широко расставил руки, указывая на безумную мозаику под нами. — Добро пожаловать на Первый Слой Великого Леса.

Затем его взгляд стал профессионально-оценивающим. Он отвернулся и начал быстро сканировать меняющуюся по мере нашего спуска картину.

— Ага, — вдруг пробормотал он себе под нос и ткнул пальцем в сторону. — Повезло тебе сегодня, племяш. Смотри.

Я посмотрел туда, куда он указывал. Среди пёстрого одеяла биомов, на стыке сизой хвойной чащи и бурых скалистых выступов, сияло бледно-голубое пятно, словно кусок полярной ночи. Даже издали оно выглядело иначе, чем всё вокруг: деревья были призрачно-белыми, будто выточенными из матового стекла, а ветви и стволы были охвачены толстыми наплывами прозрачного, синеватого льда, который рос прямо из коры, подобно кристаллическим жилам. Над этим участком висела лёгкая морозная дымка, искажающая свет, и даже отсюда, сверху, казалось, чувствовалось исходящее оттуда холодное дыхание.

— Сегодня ледяные заросли достаточно близко к точке спуска, — пояснил дядя. — Успеем дойти и обследовать, если, конечно, они не решат уплыть в сторону.

Что это значит? Они что, могли двигаться⁈ Но лес так не мог! А он говорил об этом так же буднично, как о смене ветра.

Тысяча вопросов, от «как это возможно» до «что за силы этим управляют», рванулась наружу, но я молчал, ведь не мог себе позволить выглядеть полным профаном. Просто кивнул, сделав на лице максимально понимающее и сосредоточенное выражение.

Вскоре клетка с глухим, мягким стуком коснулась земли, будто опустилась на толстый слой мха. Мгновение спустя раздался лязг, и массивная решётка отъехала в сторону, выпуская нас в странный, мерцающий разными оттенками зелени воздух Первого Слоя.

Я шагнул на твёрдую поверхность и осмотрелся. Под ногами лежал ковёр из спрессованного мха и хвои. Воздух был густым, влажным и вибрировал от множества чужих звуков: отдалённого рёва, щелчков, шелеста и низкого, едва уловимого гула, что исходил от самого Леса.

Атмосфера в отряде мгновенно сменилась. Лицо дяди стало маской сосредоточенности. Мужчины беззвучно рассредоточились, встав спинами друг к другу, а взгляды без остановки сканировали окрестности. Бронебрус встал, его каменные пластины на спине зашевелились, издавая тихое поскрипывание, и его маленькие чёрные глаза замерли, не мигая. Теневой ловец исчез с плеча Гарда, растворившись в воздухе. Хитиновый рейдер припал к земле, его серповидные клешни были приподняты и неподвижны, как лезвия ловушек.

— Гард, ставь метку, — тихо бросил дядя.

Коренастый мужчина кивнул и легонько щёлкнул языком. В воздухе над самой клеткой на мгновение материализовалась тень ястреба. Птица описала в воздухе быстрый, сложный знак и будто выдохнула на это место крошечное чёрное перо, которое, повинуясь невидимому ветру, зависло в воздухе. Затем тень снова растворилась.

— Все готово, Ларк. Можем выдвигаться, — так же тихо отозвался хозяин птицы.