Книга Кодекс Магических Зверей 4, страница 109 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

— Тихо, тихо, дурень, сейчас дяденька поможет…

Я провёл его в главный зал.

— Кладите на стол. На бок, аккуратно.

Он послушно опустил кувшин. Зверёк внутри тут же перевернулся вместе с ним, дрыгнул лапами, мяукнул во всю глотку и замер, лишь бока под полосатой шерстью часто вздымались.

— И как же вы до такой жизни докатились? — спросил я, глядя на торчащий зад.

— Да я сам не понял, — мужчина нервно перебирал фартук. — Я, значит, молоко с утра в кувшин налил, на стол поставил и отошёл буквально на… ну, на пару минут. Вернулся, а кувшин шевелится.

Он развёл руками, едва не опрокинув питомца.

— Я сперва подумал — всё, допился, хотя месяц ни капли в рот не брал! Подхожу ближе, а из кувшина торчит Пушок. То есть задница его, а голова там, внутри, и уже ни туда ни сюда.

Я наклонился к горлышку и тут же услышал обиженное сопение. Принюхавшись, уловил вполне отчётливый молочный дух.

— Тянуть пробовали?

— Конечно, — честно признался мужчина. — Легонечко, но он как заверещит, я и бросил — побоялся шею ему свернуть. Потом подумал разбить кувшин, да только как? Осколками же всю морду можно изрезать. Так и сидел над ним, не зная, что делать… — он вздохнул. — Пока сосед не сказал, мол, к Моррису-младшему сходи, он поможет, вот я и… Пришёл.

— И правильно, — произнес я. — С осколками беда была бы, да.

Я аккуратно положил ладонь на спинку зверя. Мышцы под шерстью напряжены, но без дрожи. Пульс, судя по тому, как быстро вздымались бока, учащённый, но ровный. Шея в горловине сидела плотно, однако пальцы без труда протиснулись между глиной и шерстью — значит, не удавится.

Система внезапно откликнулась без моего запроса.

[Существо: Полосатый домовой мурлык]

[Класс: E]

[Ранг: 1]

[Состояние: Удовлетворительное. Лёгкий стресс, умеренное сдавление в области шеи, без нарушения кровотока]

[Рекомендованные действия: Смазать горловину кувшина жирным веществом, извлечь голову с поворотом по часовой стрелке]

«Спасибо, капитан очевидность» — подумал я, но, честно говоря, подтверждение не помешало. Всегда приятно, когда мысль врача и данные Системы совпадают.

— Вытащим, — сказал я хозяину.

Мужчина выдохнул.

— Слава предкам…

— Минуту.

Я прошёл на кухню и взял кувшинчик с маслом, который использовал для восковых печатей.

Вернувшись, поставил его на стол.

— Сейчас, возможно, будет немножко больно, — сообщил я торчащему заду. — Но недолго.

Пушок глухо мяукнул из кувшина — то ли согласился, то ли выругался — не разобрал.

Обмакнув пальцы в масло, я аккуратно засунул их в горловину, между глиной и шерстью на шее, и промазал её по кругу. Мурлык сперва дёрнулся, но почти сразу замер — видимо, ему стало интересно, что же будет дальше.

— Держите кувшин, — сказал я хозяину. — Крепко, за донышко, но не тяните. Ваша задача, чтобы сосуд не двигался из стороны в сторону.

— Понял, понял, — мужчина вцепился в кувшин обеими руками.

Я мягко, но крепко обхватил мурлыка за плечики.

— А теперь, дружок, слушай меня внимательно, — пробормотал я, глядя на его возмущённо подрагивающий хвост. — На раз расслабляешься, на два я тебя достаю, на три ругаешь меня всеми словами, какие знаешь. Договорились?

Хвост дёрнулся, а я, приняв этот жест за согласие, принялся медленно тянуть зверька на себя, с лёгким поворотом по часовой стрелке, будто выкручивая пробку. Смазанная шерсть плавно заскользила по глине, мурлык зашипел, рванулся вперёд, но я тут же чуть ослабил хватку, дал ему секунду передохнуть, и вновь потянул, но на этот раз посильнее.