Книга Кодекс Магических Зверей 5, страница 91 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

— Мне не всё равно.

— Я заметил.

Он помолчал и провёл рукой по щетине. В этот момент Щепа повёл носом из стороны в сторону, поймал в воздухе знакомый запах смолы и стружки, исходивший от руки хозяина, и слабо, но отчётливо, шевельнул кончиком хвоста.

— Здорово, дурашка, — выдохнул Гарвин.

Щепа приоткрыл глаза, увидел рядом с собой огромную, шершавую, родную ладонь и попытался ткнуться в неё мордой. Получилось не сразу, мышцы ещё не слушались, но он повторил снова, и в этот раз вышло.

Старик так и сидел, не шевелясь, будто боялся напугать друга.

— Не двигайте его минут десять, — тихо сказал я. — Пусть окончательно проснётся.

Я отошёл во двор, вымыл руки, умылся и дал старику побыть наедине со своим маленьким помощником.

Когда вернулся, он уже бережно посадил Щепу обратно в корзину и подтыкал тряпицу под бока, как ребёнку.

— Ну, дурила, — буркнул он Щепе. — Пошли домой.

Он поднялся, аккуратно подобрал корзину и прижал к груди. Я проводил его до двери. У порога старик задержался и неловко, будто стесняясь, протянул мне свободную ладонь.

— Целитель, — сказал он коротко.

— Мастер Гарвин.

— Спасибо.

— Берегите его, — отозвался я.

Старик кивнул, осторожно перешагнул порог и зашагал по улице. В этот раз шёл медленно, боясь растрясти зверя. У соседнего дома навстречу попалась прачка с корзиной белья, посмотрела на согнутого над зверем Гарвина, потом на меня, и без единого вопроса свернула в сторону, освобождая дорогу.

Я закрыл дверь, задвинул засов и постоял у косяка.

В груди разливалось спокойное тепло, которое всегда появлялось после удачной операции.

Вдруг услышал, как из спальни донеслось хрипловатое:

— Племяш… ты опять кого-то спас, что ли?

— Спал бы ты, — отозвался я.

— Угу, — донеслось в ответ. — Ужин-то будет?

— Будет, будет, сейчас разогрею.

Я улыбнулся и направился во двор.

Забрав из погреба остатки каши, я прошёл на кухню, переложил её в котелок и подвесил над очагом. Перемешивая деревянной ложкой, периодически пробовал еду и ждал, пока она хорошенько прогреется.

— Сойдёт, — буркнул я и разложил кашу по двум глиняным мискам.

Добавив в каждую по ложке мёда, понёс в спальню. Ларк лежал, подложив под спину свёрнутое одеяло, и внимательно разглядывал потолок, будто кто-то нарисовал на нём карту сокровищ.

— Кушать подано, — произнёс я, ставя миски на табурет.

— Спасибо, племяш, — он осторожно приподнялся и сел, поморщившись. — Не даёшь больному помереть.

Я устроился на краю кровати и подвинул табурет поближе. Ларк взял ложку и аккуратно зачерпнул кашу. Дядя ел медленно, маленькими порциями, но уже без прежней дрожи в руках.

— Лучше? — спросил я.

— Угу, — он кивнул. — Только лицо стягивает.

— Это от истощения, пройдёт.

— Целителю виднее, — буркнул он и отправил в рот очередную ложку.

Я хмыкнул и принялся за свою порцию. Люмин просочился в комнату и улёгся у моей ноги.

Стоило мне соскрести со дна остатки каши, как раздался стук в дверь.

— Похоже, пришли за кормом, — сообразил я, поставил миску на табурет и поднялся.

— Иди, иди, — махнул ложкой дядя.

Я прикрыл дверь, вышел в коридор и направился ко входу.

— Кто там? — спросил я.

— От госпожи Валленхоф, — донеслось снаружи.

Отодвинув засов, распахнул створку и увидел на пороге знакомого мужчину.