Книга Кодекс Магических Зверей 6, страница 111 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

Внутри оказалось душно, влажно и пахло мокрой землёй.

На длинном столе, в простом глиняном горшке, высилось неизвестное мне растение.

Я остановился в трёх шагах и невольно наклонился чуть вперёд.

Из небольшого мясистого стебля росло пять тёмно-изумрудных листьев, покрытых тонкой сетью серебристых прожилок, похожих на иней. На верхушке покачивался полураспустившийся бутон в форме чаши, чьи лепестки переливались от лазурного к лиловому, а в сердцевине мерцала золотистая пыльца.

Я залюбовался, но вскоре профессиональная привычка взяла своё, и взгляд начал выхватывать детали.

Кончики двух нижних листов чуть завернулись внутрь, как после долгого нахождения на солнцепёке. А морозный узор на одном из них в нижней трети и вовсе поблёк, пойдя пятнами. Один из лепестков бутона слегка подсох.

— Это что за красавец? — произнёс я, не отрывая взгляда от растения.

— Лазурный венценос, — отозвалась Луиза. — Один такой цветок стоит золотую марку.

— Ничего себе.

Люмин вытянул шею и с восторгом уставился на бутон, шевеля носом. На его морде ясно читалось: раз цветок неописуемой красоты, он просто обязан быть вкусным.

— Даже не думай, — тихо буркнул я.

Зайцелоп обиженно фыркнул и демонстративно отвернулся.

— Между прочим, это невероятно капризное растение! — добавил Орвин. — Один знатный господин, пожелавший остаться неизвестным, нанял группу добытчиков, чтобы те доставили цветок с Третьего слоя.

— Так в чём беда? — Крейн опустил папку на край стола и скрестил руки на груди.

Орвин качнул головой.

— А ты сам погляди. Утром принесли, сказали, тургор у нижних листьев плывёт, — он показал пальцем. — К полудню они виснут как тряпки, а к утру опять расправляются. Прожилки тускнеют, края лепестков сохнут.

— Что уже проверяли? — уточнил Теодор.

— Запах земли в норме, — добавила Луиза. — Корни в норме, полива достаточно, света хватает.

— И вот что хочешь, то и думай, — подытожил Орвин.

— Я считаю, это магическое истощение из-за смены фона, — спокойно произнесла девушка. — На Третьем слое мана густая, а у нас жидкая, вот цветок и угасает.

— Луиза, — Орвин закатил глаза. — Мы это уже обсуждали.

— Но симптомы ведь подходят!

— При истощении прожилки тускнеют равномерно по всему листу, а у него пятнами, — объяснил он. — Да и бутон бы первым опал, а не подсыхал с краю.

— И что ты думаешь? — спросил Крейн.

— Корневая гниль, — отрезал травник. — Отсюда и нижние листья первыми страдают.

— Я лично осмотрела корни, — возразила Луиза. — Они белые, упругие, без потемнений.

— Значит, плохо осмотрела.

— Орвин.

— Луиза.

Амир у входа в теплицу слегка сгорбился и прижал папку к груди, словно собирался ею прикрыться.

Крейн негромко кашлянул.

— Может, дадим взглянуть гостю? — неожиданно предложил он.

Орвин повёл подбородком в мою сторону, скептически окинул меня взглядом с ног до головы, затем мельком посмотрел на Кроха и Люмина и хмыкнул.

— Гость у нас по зверям, если я правильно понял.

— Так и есть, — согласился я. — В растениях разбираюсь куда хуже, так что вряд ли смогу чем-то помочь.

— И всё-таки у вас во дворе, — произнёс Крейн, — прекрасно растут довольно прихотливые растения. Может, взглянете?

— Ну… Могу, но ничего не обещаю, — честно ответил я.

Орвин махнул рукой.

— Смотри, — буркнул он.