Книга Кодекс Магических Зверей 6, страница 90 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

Шаги, голоса, скрип телег, отдалённый смех. Народ вовсю тянулся к Арене Когтя, где скоро должен начаться третий день турнира.

«Странное чувство, — подумал я, сделав глоток и прикрыв глаза. — Будто стоишь на берегу и провожаешь взглядом лодку, в которой еще вчера плыл сам».

— Доброе утро, — проворчал дядя.

Я открыл глаза. На пороге кухни стоял чисто выбритый Ларк в свежей рубахе и с расчёсанными волосами.

— Доброе, — отозвался я, приподняв бровь. — Ты чего так вырядился? К Мальвине собрался?

— Ну тебя, — Ларк махнул рукой, подошёл к соседнему табурету и грузно опустился на него. — Лучше чаю старику налей, чем зубоскалить.

Я хмыкнул, поднялся, дошёл до кухни и наполнил вторую кружку из котелка, стоявшего над тлеющими углями. Вернувшись, протянул её дяде. Он обхватил горячую кружку руками, кивнул и сделал глоток.

Мы немного помолчали.

Где-то на улице мальчишеский голос звонко выкрикнул: «Расписание боёв, свежее, всего две медных!». Ему тут же ответил скрипучий бас: «Вчерашнее оно у тебя, балбес! Не обманывай людей!».

Ларк тихо рассмеялся.

Брумиш у загона доел порцию корма, поднял тяжёлую голову и, обведя двор маленькими глазами, медленно потопал к нам. Подойдя ближе, бронебрус разлёгся, прислонившись боком к дядиной ноге и засопел.

Ларк опустил ладонь и почесал его за ухом.

— Готов, дружище? — буркнул он.

Бронебрус хрюкнул в ответ.

— И я готов.

— К чему? — поинтересовался я, делая глоток.

— К возвращению домой.

Я зажал кружку между колен.

— Дядь… Ты бы ещё пару дней отдохнул, — сказал я как можно мягче. — Куда торопишься?

— Не начинай, — Ларк поднял ладонь. — Я уже говорил, что уйду сразу после окончания турнира, а для тебя он закончился, так что… Пора.

Я молча смотрел на его лицо. Скулы ещё отчетливо проступали, но щёки больше не выглядели ввалившимися, как в первые дни. Взгляд прояснился, и шея больше не казалась болезненно жилистой.

— Подожди минуту, — сказал я, поднимаясь с табурета и ставя на него кружку.

— Ты куда?

— Сейчас вернусь.

Я нырнул в кладовую и спустился в погреб, где кожу мгновенно лизнул холодок от ледяного камня. Взяв из ниши две обогащённые порции корма, я поспешил наверх.

Когда вернулся во двор, Ларк уже стоял у двери на кухню.

— Держи, — я протянул ему шарики. — Это улучшенный корм для Брумиша.

— Племяш… — Ларк нахмурился.

— Дядь, — я устало посмотрел на него. — Бери и не спорь. Дал бы больше, но без ледяного камня он испортится дня за два, а у тебя я его не видел.

Он помолчал, перекатывая завёрнутые порции в ладонях.

— Да откуда у меня взяться камню… — буркнул дядя, пряча корм за пазуху и прижимая рукой. — Спасибо, племяш.

— Не за что.

— Есть за что, — буркнул он, отводя взгляд.

Мы вновь помолчали.

Брумиш тем временем подошёл ко мне и, опустив тяжёлую голову, ткнулся лбом в ногу.

— У-уф, — выдохнул я, едва удержав равновесие. — Полегче, дружище.

Бронебрус глухо хрюкнул, мол, я тут нежность проявляю, между прочим, так что терпи, целитель.

Люмин, наблюдавший за этой сценой, рассудил, что без него прощание будет неправильным, и в два прыжка очутился у бока Брумиша. Зайцелоп привстал на задние лапы и потёрся длинными ушами о пластины. Бронебрус скосил на него глаз и шевельнул челюстью, будто хотел сказать: «Заходи в гости, мелкий, мы всегда тебе рады».