Книга Анкрай. Нулевой мир I, страница 2 – Павел Шимуро

Бум! Бум! Бум!

Громкий стук в дверь добил меня окончательно — широко распахнув глаза от переполняющей меня злости и раздражительности, я широким шагом направился к двери, что выглядела пошарпанной, где из замка лишь погнувшееся щеколда. Если бы кто-то захотел, то без особых проблем выбил бы её одним пинком.

Я с силой откинул щеколду и распахнул дверь.

Встретили меня два лысых мордоворота с тоненькой папочкой в руках. С улыбкой на лице они смерили меня взглядом.

— Пацан, где мать твоя? — мужчина подошёл ко мне поближе и заглянул внутрь квартиры. — Лучше скажи нам, мы — честные люди и не хотим проблем.

— А я по чем знаю? — боль в голове ударила с новой силой, отчего ноги подкосились, и я облокотился на дверной косяк. Испарина покрыла лоб, а мысли путались, из-за чего соображать было очень сложно.

— Назад! — мужик испугался моего внешнего вида и резко отступил назад, быстро достал из кармана черную маску и натянул на лицо. — Как мать вернётся, скажи ей, чтобы перезвонила! — он бросил под ноги белую визитку и вместе со своим подельником прошмыгнул дальше по коридору, спустившись по лестнице.

Я осторожно закрыл дверь и вернулся в комнату, присел на плешивое кресло и выглянул в окно. По ту сторону захолустья, в котором я оказался, возвышались величественные небоскрёбы. Неоновые вывески с голографическими девушками, танцующими на крыше высоток, так и манили своей красотой.

Поток воспоминаний наконец-то прекратился, головная боль отступила и теперь я мог нормально соображать.

Оказывается, я попал в тело погибшего пацана, которому едва исполнилось шестнадцать лет. Отец погиб, старший брат тоже погиб, остался только я и больная матушка. Оба мы едва сводили концы с концами, а риелторы, выселяющие нас, только добавляли масла в огонь.

— Но где мои воспоминания? — это точно не моё тело и никак не могло мне принадлежать, но сколько бы я не пытался, прошлую жизнь и то, как я здесь очутился — окутало непроницаемой пеленой. — Твою-то дивизию! — я откинулся на спинку кресла и эти проклятые пружины опять впились в кожу.

Так, ладно. Главное не паниковать и трезво оценивать ситуацию. Сейчас уже ничего не изменишь, а значит — нужно проявить смышлёность и как можно быстрее адаптироваться!

Матушка — Мария Николаевна, она преподаёт в местной школе для бедных детишек. Заплата у неё маленькая — едва достигает пятнадцати тысяч, что по меркам Москвы — гроши.

Самое интересное, что даже так мы вполне выживали, хоть и жили в полном бардаке. Она одна тащила на себе больного сына, в тело которого я попал, и содержала квартиру, пусть и не самую лучшую.

— Святая женщина, — я несколько раз кивнул и в этот момент в дверь снова постучали. Только в этот раз стук отличался, более мягкий что-ли?

Я подошёл и откинул щеколду. Передо мной встала измученная тяжелой жизнью женщина с синяками под глазами. Из-за усталости она валилась с ног и тяжело дышала.

В руках она держала покрытую заплатками сумку, набитую продуктами.

— Влад, как ты? — она быстро подскочила ко мне и дотронулась до лба. — Жар спал, боже, спасибо тебе милосердный! — слёзы выступили из уголков её глаз.

Не совсем понимал о чём она, хоть воспоминания этого тела и проявили себя полностью, всё ещё должно пройти время, чтобы я адаптировался.