Книга Монарх II, страница 17 – Александр Сорокин, Иван Ладыгин

После чего мастер Никанор лично нанес на запястье Артуру магическую печать в виде деревянного меча. Это считалось знаком салаги, который еще не участвовал в реальной охоте.

Далее Бельский получил комплект формы, которая ничем особо не выделялась. Разве что сшита она была из добротных материалов и хорошо держала тепло. Ему показали казарму, в которой он теперь должен был жить на постоянной основе. Его чуть ли не носом ткнули в верхний ярус койки, что теперь закреплялась за ним. Так себе ложе…

В прекрасном настроении Артур ожидал плотного обеда, — все-таки время было за полдень! Вот только дальше начался сущий кошмар! Его вместе с остальными парнями отправили на «плаху» — так тут называли плац для ежедневных тренировок. И вместо сытного обеда он вкусил все прелести изощренных пыток над телом! Бег с препятствиями, подъем по вертикальному зазубренному столбу на время, прыжки в длину, растяжка всех конечностей. И это была лишь капля в море!

Помимо всего прочего, охотников часто гоняли на стрельбище. Там они отрабатывали навыки обращения с артефактными винтовками. Целями выступали постоянно движущиеся мишени. Бельскому пришлось порядочно нанюхаться пороху и дыма, а плечо из-за отдачи теперь постоянно ныло. Но вишенкой на торте являлись регулярные водные процедуры!

Неподалеку, под склоном ближайшей горы, раскинулись два озера. Каким-то образом лёд зимы их не тронул. В одном из них вода обжигала северным холодом, в другом — наоборот, было жарко, как у черта в котле. Сперва всех гнали в кипяток, заставляли смывать пот, кровь и грязь тренировок. А после под грозными взглядами наставников все бросались в жидкий лёд. Сердечко брыкалось от таких мероприятий, но Бельский не жаловался. Старшие товарищи говорили, что так надо. Ходили слухи, что это укрепляло сердечно-сосудистую систему и бодрило не хуже пяти чашек кофе. Ага! Как же!

По итогу первого дня Артур вырубился, не успев коснуться головой подушки. Он провалился в пропасть целебного сна и очень радовался этому.

Но на утро стало веселее. Бельский познакомился с дедовщиной. Старший призыв, если можно так выразиться, решил поиздеваться над духами.

За окном казармы только-только занимались предрассветные сумерки. Но графа разбудили пинком в бок. Он слетел с кровати и больно ушиб локоть.

— Вставай, салага! — рявкнул ему кто-то на ухо.

Бельский спросонья посмотрел на своих обидчиков. Их было трое. «Джигит, Коротышка и Муха», — вспомнил он позывные старших «братьев».

Его подняли за грудки и отвесили мощную затрещину. Граф потянулся к силе, но вовремя вспомнил, что на территории Школы Зверя колдовать было нельзя под угрозой исключения. Все разборки тут происходили исключительно в дуэльном круге, либо решались тайно, в тихую, на чистой физике.

Получив ещё одну мощную затрещину, Бельский яростно ударил гада лбом! Что-то хрустнуло, раздался крик, прыснула чужая кровь. И тут понеслось! Ему сделали подсечку, повалили между коек и стали «запинывать» ногами. Эти уроды втаптывали его в пол, трамбуя ему кости, не давая сделать ни вдоха.

То же самое происходило и в других частях казармы. «Дедушки» по трое-четверо наседали на новичков и беспощадно избивали. Под потолком кружились крики и бранная речь.

Где-то даже мерцали вспышки заклинаний… Кто-то не выдерживал и применял магию, — таких били ещё отчаяннее.