Книга Монарх II, страница 67 – Александр Сорокин, Иван Ладыгин

Отпустив разум бедолаги, я понял, что сильно ослабел. Всё-таки, вторжение в мозг сильного одаренного съедал колоссальное количество энергии. Сквозь пелену я услышал звук приближающихся машин со стороны дороги. По всей видимости, князь решил заглянуть на огонек! Обернувшись, я столкнулся с клинком. Холодное лезвие уперлось мне в шею. Это был один из гвардейцев князя. Наверняка, парень думал, что он неуловимый, а сам двигался, словно медведь. Я давно засек его, но сил на выкрутасы не было.

— Давно не виделись, уважаемый. — усмехнулся я и развел руками. — У нас тут, как видите, неприятности. Но мы привыкли стоически их переносить! Только вашим товарищам необходима квалифицированная медицинская помощь. Я подлатал их, как смог, но обучался наукам противоположного направления.

Гвардеец немного опешил, но продолжал сверлить меня недоверчивым взглядом.

Я вздохнул и подарил ему свою самую доброжелательную улыбку, а затем мягко, но мгновенно отбил пальцем клинок в сторону и прошел за спину союзника. На ухо удивленному бойцу я прошептал:

— А зубочистку спрячьте, можете пораниться ненароком. Не я ваш враг.

Оставив воина в ступоре, я двинулся к машине, что остановилась чуть в отдалении. Князь не стал отсиживаться внутри и пошел к своим людям.

— Что случилось? — первое, что он спросил.

— Засада. Напали неожиданно с применением артефактного огнестрельного оружия. Щит снесли за несколько мгновений. Чуть позже было примерено оружие ракетного типа. — я старался описывать все без лишней воды. — Пятеро нападающих, четверо из них отправились к праотцам, один взят в качестве языка. Гвардейцы живы, но серьезно ранены. Их бы врачу показать.

— Ты хочешь сказать, что в одиночку перебил отряд, присланный убить Великого Князя? — прищурившись, Орловский принялся меня внимательно изучать.

— Я хочу сказать, что вы обещали с меня пылинки сдувать. А в итоге, не успел я толком выехать за территорию школы, как какие-то головорезы стали эти пылинки бедному стажеру во все места напихивать!

— Дерзкий щенок. — оскалился князь.

Убедившись, что его гвардейцы всё еще живы, старик распорядился отнести раненых в машины. Подойдя к телам наемников, Всеволод спросил у стоящего рядом любителя зубочисток:

— Узнаешь кого-нибудь?

— Никак нет, княже! Ни опознавательных знаков, ни татуировок. Один из них еще жив, но… — указав рукой в направлении моего пленника, гвардеец побледнел.

— Ты что с ним сделал⁈ И когда успел? Мы же только приехали! — заорал Всеволод.

— Это не я. Он уже был таким к нашему приезду.

— Щенок, твоя работа? — повернул ко мне голову князь.

Я кивнул и возразил:

— Не стоит называть меня щенком, княже… Невежливо это…

Что — то заметив в моем взгляде, Орловский спохватился и повернулся к гвардейцу, уходя от извинений:

— Пакуй языка! Возможно, этот кусок мяса еще способен говорить. — на этих словах князь вновь посмотрел на меня, но уже без былой надменности:

— А к тебе у меня будет много вопросов, Глеб…

Сидя за столом, набитым всевозможной снедью, я откровенно скучал. У меня до сих пор не было понимания, что тут делать. Но мысли об этом не мешали мне заниматься поглощением стоящих перед носом блюд. И про друга своего не забывал: периодически я бросал в карман небольшие кусочки мяса.