Книга Монарх V, страница 72 – Александр Сорокин, Иван Ладыгин

Её тело исчезло, растворившись в синем сиянии.

Следующим был Дарион. Он спокойно шагнул вперёд, положил руку на свою грудь, и в этот момент его сердце остановилось. Кристалл Жизни вспыхнул, превращаясь в чистую сущность всего живого. Волна тепла ударила меня, словно мощный импульс, заставляя трепетать само сознание. Я видел миллионы рождений, чувствовал силу каждой жизни, каждого первого вдоха, каждого цветка, что тянулся к солнцу.

Боль исчезла, а смерть больше не казалась абсолютной. Я ощущал новое дыхание в себе, словно кто-то научил меня понимать саму суть существования и бытия.

— Ты несёшь не только разрушение, но и надежду, Монарх, — шепнул мне голос Дариона. — Используй это мудро.

Он рассыпался в потоке золотого света.

Остался Виргис. Он не шелохнулся и не проронил ни слова. Он просто растворился во тьме, а его Кристалл Смерти, будто живое сердце, застучал, вырываясь из него. Тьма хлынула в меня. Я почувствовал, как мир умирает. Каждая смерть, каждая потеря, каждый миг, когда жизнь угасает, пронзил меня потоком бесконечной безысходности.

Смерть не была тьмой. Она была тишиной. И в этой тишине я услышал голос Виргиса:

— Ты теперь не только жив, но и мёртв, Монарх.

Внутри души все всколыхнулось, и я почувствовал, как внутри меня бушевала буря. Мое тело, обжигаемое огненной энергией, дрожало от водяных потоков, ветер невидимо свистел в моих жилах, а земля, казалось, жаждала влиться в мое существо. Каждая из шести стихий боролась за своё первенство, мечтая заявить о себе, но одновременно манила обещанием объединения в нечто единое и могущественное.

Сжав кулаки, я закрыл глаза и глубоко вдохнул.

На мгновение в моем сознании возникли образы древних магов, прошедших этот путь до меня, их лица были искажены болью и решимостью. Я увидел себя, стоящего на пороге таинства, и ощутил, как мое сердце наполнилось смесью тревоги и надежды. В эти минуты каждый вдох был как удар молота, отсекающий лишнее, и каждое движение было испытанием, заставляющим мою душу кипеть от невыразимой боли и одновременно озаряться новым знанием.

Ментально я перенесся к храму старейшины, где каждый камень хранил в себе мудрость веков, раздался его голос — глубокий, словно сама вечность заговорила. Из теней выступил он, лицо которого было изрезано бесконечными стихийными метаморфозами, напоминающими древние космические взрывы. Его взгляд, в котором пылали двойные солнца, проникал в самую глубь моей души.

Я поднял голову, мои глаза встретились с древней мудростью старейшины. Я не понимал, как он смог проникнуть в мое сознание. Наверняка, стоял рядом с моим телом. Сейчас это было не важно. Он продолжил говорить:

— Ты должен научиться владеть своей силой так, чтобы каждая стихия стала союзником, а не врагом. Закрой глаза и почувствуй их присутствие внутри себя. Пусть огонь разбудит в тебе страсть, вода — принесёт очищение, ветер — даст свободу, земля — укрепит волю, жизнь — наполнит надеждой, а смерть — напомнит о конечности всего.

Я последовал его указаниям и закрыл глаза. Мир вокруг меня потускнел, оставив лишь звуки моего собственного дыхания и отголоски древнего шепота первых десяти старейшин. Внутри меня стали мерцать образы: языки пламени, бушующие реки, вихри, кружащие пыль, тяжелые каменные плиты, пульсирующие жизнью, и холодная тень смерти, как отражение самого конца.