Книга Системный Творец III, страница 110 – Александр Сорокин

И тогда Крон заговорил, но это был не его голос. Он был срывающимся, шипящим, чужим, в нем слышался скрежет камней и шелест гнилых листьев. Это был Шепчущий.

— Ваша защита… оказалась сильнее, чем я думал. — просипел он устами Крона. — Ментальные артефакты такой мощи, что ломать этот щит было… грубо и неэффективно. Однако сила в ментальной атаке… не главное. Пока вы отвлекались на обманку, что я вам подбросил… я искал пути. Тончайшим лучом… почти неощутимым, я искал слабину… И нашел.

Он сделал паузу, и на лице мужчины на мгновение промелькнула настоящая, человеческая агония, тут же подавленная чужим разумом.

— Она оказалась… не в силе духа. А в опыте… вот якорь и уязвимость. Ветеран, видавший сотни смертей… недавно обретший силу, но все равно оказавшийся не в силах ничего сделать… Его психика… оказалась натянута, как струна. И в момент, когда он, глядя на могущество своих товарищей, в очередной раз ощутил свою ничтожную, жалкую неполноценность… я впрыснул свой разум. И теперь… вы проиграли.

Речь оборвалась. Свободной рукой он сорвал «Стражи Порогов» с себя и Горама. Затем, держа артефакты на ладони, с силой сжал кулак. Раздался короткий, хрустальный хруст, и оба «Стража» рассыпались в мелкую пыль, испустив последние всплески энергии.

Шепчущий, вселившийся в Крона, вложил всю свою ментальную энергию в один точечный, сконцентрированный импульс и направил его не в нас, а в Горама. Гигант ахнул, его глаза закатились, тело затряслось в конвульсиях. Он потерял контроль, но не над телом, а над силой, над даром системы, который так помог нам ранее.

Раздался оглушительный, низкочастотный гул, исходящий от самой земли, и каменная кладка под нашими ногами просто рассыпалась, превратившись в груду щебня. Горам бессознательно, подчиняясь чужому внушению, уничтожил часть стены, образовав гигантский провал, словно от локального землетрясения, что поглотил уже поврежденный участок стены и площадку перед ним.

Мы с Вальтером, моментально переместившись вбок, в ужасе наблюдали за происходящим. И тут, в облаке пыли, произошло самое страшное. Крон, чье лицо на миг исказилось в последней, отчаянной попытке сопротивления, взметнул меч. Молниеносным, точным ударом он отрубил голову все еще бьющемуся в конвульсиях Гораму, а затем, не медля ни секунды, развернул клинок и вонзил его себе в грудь.

Мужчина рухнул замертво рядом с телом гиганта, которое он только что обезглавил. Шепчущий, потративший на этот гениальный и подлый ход все свои силы, исчез из ментального эфира.

Мы с Вальтером стояли, вглядываясь в клубящуюся пыль. Перед нами лежали груды обломков, а в них — тела наших товарищей. Крон, Горам. Где-то под камнями были Эдварн, Сера и Аррас. Живы ли они?

В тот же миг, когда ужас происходящего достиг своего апогея, а тактическая катастрофа превзошла все наши ожидания, орда монстров пришла в движение. Без шепота, без команд, с тихим, зловещим скрежетом тысяч когтей, она поползла на нас. На город. Для нашего полного и окончательного уничтожения.

Осознание ударило, как обухом по голове — холодное и безжалостное. Толпа из плоти, когтей и ярости неумолимо катилась на нас, и остановить ее было невозможно. Стоя на краю обрушившегося участка стены, я ощутил, как в висках застучала навязчивая, горькая мысль: неужели всё снова повторяется⁈