Книга Системный Творец IV, страница 11 – Александр Сорокин

— Полагаю, логично начать с того, что может быть полезно здесь и сейчас. Мы идем в «Кузню Плоти».

При этих словах Горст невольно выпрямился, а в глазах Каэла вспыхнула робкая, почти невероятная надежда.

Мы покинули дом, вновь погружаясь в фантастический пейзаж подземного города. Лериан повел нас по одному из бесчисленных мостиков, перекинутых между ярусами. Мы шли мимо зданий причудливых форм, от которых исходило тихое гудение энергии, мимо террас с невиданными растениями, мимо Творцов, поглощенных работой и не обращавших на нас ни малейшего внимания.

Вскоре мы подошли к одному из многочисленных проемов в стене пещеры. Вход в «Кузню Плоти» был отмечен сложным руническим знаком, изображавшим переплетение древесных корней и человеческих сухожилий. Тяжелая дубовая дверь, окованная бронзой с инкрустированными костяными пластинами, бесшумно отворилась, пропуская нас внутрь.

Переступив порог, мы замерли, пораженные открывшимся видом. Это была не просто лаборатория, а гигантский зал, уходящий глубоко в скалу. Сводчатый потолок украшали светящиеся грибницы, мерцавшие мягким желтоватым светом, отбрасывавшим пульсирующие тени. Воздух был густым и влажным, наполненным ароматом влажной земли, дубленой кожи, целебных трав и едва уловимым запахом крови.

Вдоль стен выстроились массивные каменные столы, загроможденные артефактами, чье предназначение оставалось загадкой. Стены и пол устилали свитки с анатомическими рисунками, а на полках, в стеклянных сосудах, плавали в мутной жидкости органы и конечности невиданных существ. Некоторые из них едва заметно шевелились.

Внутри лаборатории трудилось не более десяти человек. Все они были облачены в одинаковые серые одежды, поверх которых надеты кожаные фартуки, испачканные темными пятнами. Каждый из них был поглощен своим делом: один Творец, склонившись над длинной пластиной из причудливого темного дерева, наносил на нее руны тонким, светящимся резцом. Другой, с закрытыми глазами, водил руками над сосудом с бьющейся мышечной тканью, и под его пальцами плоть уплотнялась, покрываясь тонкой серебристой сеткой. Третий что-то шептал большому, покрытому жилками яйцу, из которого доносился жуткий, глухой скрежет.

К нам направился один из Творцов. Мужчина лет пятидесяти, коренастый, широкоплечий, с руками кузнеца, покрытыми старыми ожогами и тонкими белыми шрамами. Его лицо, с мясистым носом и живыми, пронзительными глазами, было перепачкано сажей, а в густых волосах застряли щепки.

— Лериан. — прохрипел он голосом, привыкшим отдавать приказы. — Редкий гость. Что за ветер перемен занес тебя в мои владения?

Наш сопровождающий кивнул в ответ, на его губах играла привычная насмешливая улыбка.

— Всегда рад видеть тебя, Гебер. Ветром перемен, как ты выразился, стал я сам. Привел тебе нового… подопытного.

Он бросил многозначительный взгляд на Каэла, безвольно свисавшего со спины капитана.

Горст инстинктивно сжался, прижимая сына к себе. Его взгляд стал жестким и оценивающим. Каэл побледнел, но не отвел глаза от незнакомца. В лаборатории на мгновение воцарилась напряженная тишина, нарушаемая лишь тихим, мерным постукиванием какого-то механизма в дальнем углу. Слово «подопытный» тяжелым эхом повисло в насыщенном, почти зверином воздухе мастерской.