Книга Системный Творец VI, страница 50 – Александр Сорокин

Он посмотрел на меня, в его глазах я увидел не вызов, а вопрос, адресованный мне как Первому Игроку, как его преемнику. Согласен ли я? Готов ли я к войне не за клочок земли, а за саму реальность?

Я замер, ощущая всю тяжесть его взгляда. В голове пронеслись картины: Горст и Эдварн на скале, Каэл с ядовито-зелёными ногами, Лина с синяками на шее, руины городов, море монстров, безразличные глаза иномирцев… И статуя Топора, зовущая к ответственности.

Я сделал глубокий вдох и кивнул: сначала Каю, затем императору.

— Значит, начнем с завтрашней встречи. — произнес я, и мой голос прозвучал неожиданно твердо. — Сначала договоримся между собой, а потом… будем спасать мир.

Аврелиан смотрел на нас — на легенду прошлого и юношу, несущего титул будущего. На его лице смешались скепсис, отчаяние и крошечная, едва теплящаяся искра чего-то нового. Надежды? Веры? Не знаю.

Но он тоже кивнул. Медленно, тяжело.

— Значит, начнем. — повторил он. — Завтра.

Слова Кая еще звучали в моих ушах, как набат, когда он повернулся к императору с новой, уже сугубо деловой просьбой.

— В таком случае, — произнёс он, голос вновь стал ровным и бесстрастным, — мне понадобится время до ночи. И полный доступ ко всем императорским архивам, особенно к летописям Веков Тьмы и ранним отчётам после моего… исчезновения. Мне нужно понять, что происходило с миром в моё отсутствие.

Аврелиан, всё ещё бледный от осознания масштаба задачи, медленно кивнул. Казалось, внутренняя борьба между гордостью и здравым смыслом завершилась в пользу последнего.

— Тебе будет открыт доступ во все помещения дворца, ко всем хранилищам. — ответил император. — Кассиан предоставит тебе проводников из числа доверенных архивариусов. Любые печати будут сняты по твоему требованию.

Его слова слетали с губ с такой непринужденностью, словно он предлагал чашку чая, а не ключи от сокровищницы знаний величайшей империи. Я же видел в этом не щедрость, а отчаяние. Он цеплялся за Кая, как утопающий за соломинку, и был готов на любые уступки.

В этот момент я вспомнил о Лине. Она все еще находилась в тронном зале, под присмотром стражи, одна, испуганная, с синяками на шее.

— Ваше Величество. — осторожно начал я, чувствуя, как взгляд монарха скользнул по мне. — Я тоже хотел бы попросить… Для моей подруги. Ей нужно безопасное место, где она могла бы отдохнуть и прийти в себя.

Аврелиан приподнял бровь.

— Для той «Проводницы», которая доставила сюда Кселу? — уточнил он. В его тоне не было обвинений.

— Да. — твёрдо ответил я. — Но её заставили. Она подчинялась, чтобы выжить, и ни в чём не виновата.

Император несколько секунд изучал меня проницательным взглядом, будто взвешивая не только мои слова, но и искренность, мою привязанность к девочке. Наконец, он кивнул.

— Я принимаю твои слова. Ей выделят покои в гостевом крыле. Она получит всё необходимое: еду, одежду, помощь лекарей. — он сделал паузу, в его глазах мелькнуло что-то похожее на усталое понимание. — Дети никогда не должны становиться разменной монетой в играх взрослых.

Камень упал с моей души.

— Благодарю вас.

— Не стоит. Это минимальная благодарность за спасение трона. — отрезал Аврелиан, жестом дав понять, что разговор окончен.

Кассиан шагнул вперёд.

— Прошу следовать за мной.