Книга Бремя власти I, страница 50 – Иван Ладыгин

* * *

Черт возьми, а ведь сработало! Идиотский план! А сработал, как надежные часы. Шаг за шагом, как по нотам…

Я брел по Ломанной улице, уже в облике Соломона Козлова — темные волосы, серые глаза, слегка потрепанный, но крепкий камзол. Запах канализации и дешевой жареной рыбы служил бальзамом для души после дворцовой затхлости и духов фрейлин. В голове Николай визжал от восторга, как мальчишка на каруселях:

— Ты видел их лица⁈ Видел⁈ Когда ты, точь-в-точь я, пьяный в стельку, ухватил эту пухленькую блондинку за… эээ… ну, за самое выдающееся место и заорал: «Эх, мамзель, плясать горазда⁈» А потом прыгнул на стол с криком: «Гойда!» и разбил вазу с орхидеями⁈ Боже, я бы умер от стыда! Но они поверили! Все! Даже Рыльский! Его физиономия… ха! Он был готов тебя придушить на месте!

— Поверили, потому что ожидали именно этого, Ник, — мысленно усмехнулся я, огибая лужу сомнительного содержания. — Идиот-император, не выдержав давления, ударился в запой? Самый логичный сценарий для них. Особенно после визита Софии и новости о твоей «скорой» женитьбы. Я просто дал им то, чего они ждали. Грубо, топорно, но эффективно.

— Да-да-да… А потом этот побег! Это же гениально! — Николай продолжал захлебываться щенячьим восторгом. — Заперли тебя в комнате. Ты создал эту… тень? Копию? Которая тут же рухнула на кровать и захрапела! А сам — к камину! Вытащил полено, которое еще тлело… Начертал на нем руну — я чувствовал, как жгло! — и швырнул в окно! В ту сторону, где патруль! БА-БАХ! Эти дураки ринулись туда, крича «Диверсия! Диверсия!» А ты… ты просто натянул на себя лицо этого пьяницы-фехтмейстера, Федора! Выпрыгну в окно, пока все бежали мимо тебя на взрыв, и буркнул что-то про «чертовых демонов»! И прошел! Свободно! Прямо через главные ворота! Сменил облик уже в переулке… Боже, это же чистой воды искусство!

— Банальное и топорное искусство отвлечения внимания, принц, — поправил я. Улица днем была гораздо более оживленной, нежели ночью. Появились люди в потертых плащах и кожаных доспехах, с оружием на поясе. Это были охотники. Мы приближались. — Главное — использовать ожидания врага против него самого же. Они ждали пьяного дебоша — получили. Ждали паники после «диверсии» — получили. Ждали, что я буду сидеть взаперти — а я уже здесь. Простота — сестра гениальности. И экономии сил. На маскировку под Федора ушло меньше энергии, чем на полноценный доппельгангер.

Впереди показалось здание. Толстое, добротное, из темного кирпича. Оно больше походило на какой-нибудь мрачный особняк, чем на штаб могущественной организации. Над тяжелой дубовой дверью висел вывешенный на цепях щит. На нем красовались перекрещенные меч и револьвер, а над ними — стилизованное демоническое сердце, из которого сочилась черная кровь.

Орден Охотников на Демонов. Ломанная улица, дом 13. Здесь пахло железом, порохом и напряженной готовностью к смерти.

Внутри же оказалось шумно, накурено и тесно. Воздух гудел от голосов, звенел лязгом оружия о стойки, пахло дешевым табаком, потом и… чем-то жженым, напоминающим серу. За стойкой регистрации, похожей на крепостной редут из грубых досок, сидел тип. Лысый, с лицом, изборожденным шрамом от виска до кадыка. Его единственный глаз, холодный и оценивающий, скользнул по мне, как скальпель по невинной тушке.