Книга Бремя власти IV, страница 74 – Иван Ладыгин

— Не могу, мальчик-император, — ее голос прозвучал резко, отрезая все надежды. — Он сейчас там. В самой гуще. Сражается с тем, что древнее и страшнее любых турецких армий. Исход битвы… под вопросом. Может, он победит. А может, и нет.

— Но это война! — мысленно закричал Николай. — Ему нужно знать!

— Ему нужно выжить! — парировала Мак. — А тебе — повзрослеть! Ты не маленький мальчик, чтобы бежать за советом к старшему брату при первой же опасности! Ты — Император Всероссийский, черт возьми! Включай голову! Действуй!

— Но что мне делать⁈

— Что делают императоры, когда на их империю нападают? — ее голос стал ледяным. — Собирают совет! Отдают приказы! Воюют! А я… я сейчас ухожу. Он иссякает. Его силы на исходе. Возможно, мы оба не вернемся. Так что найди, наконец, свои яйца и решай все с Рябоволовым!

Она резко выбросила руку вперед. Сама реальность, сжатая в кулак, ударила в Николая. Его вышвырнуло из пространства Кольца, как щепку из шлюза.

Он очнулся, тяжело дыша, все в том же кресле. Секретарь все так же стоял перед ним, глаза вылезали из орбит от страха и недоумения.

Николай поднял на него взгляд. В его глазах не осталось ни растерянности, ни страха. Только холодная, отточенная решимость.

— Чего встал? — его голос прозвучал тихо, но с такой сталью, что секретарь вздрогнул. — Зови Рябоволова. Созывай Малый Совет. Будем воевать.

* * *

Ночь в Сибири давила на плечи, заглядывала за воротник, шептала на ухо древние, несуразные страхи. Валерия Орловская шла по периметру цитадели Коловрата, и каждый ее шаг отдавался глухим стуком об утрамбованную землю. Рядом, не отставая ни на шаг, шел Игорь Железный Ветер. Его золотая пуля тускло поблескивала в свете факелов.

Обход был ее идеей. Не из-за тактической необходимости — оборона была выстроена безупречно. Это было лекарство. Лекарство от томительного ожидания, от грызущей изнутри тревоги. От необходимости находиться в одних стенах с Анной Меньшиковой.

— Скажи мне, как ты смог это сделать? — внезапно нарушила молчание Валерия. Ее голос прозвучал громко в ночной тишине.

Игорь взглянул на нее сбоку.

— Смог что?

— Оставить ее. Свою Людмилу. Я видела, как ты на нее смотрел на балу. Это был взгляд… Полный любви и обожания.

Игорь усмехнулся, коротко и сухо.

— У каждого свой кодекс, Валерия. Мой долг перед Императором — вопрос чести. Я не могу строить свое счастье, зная, что обязан ему жизнью. Сперва — расквитаюсь. Потом — все остальное. А за Люду не беспокойся. Она в Петербурге наводит сейчас порядок в своем клане «Стальных Когтей». Уверен, у нее все хорошо. Она сильная. Такая же, как и ты.

— Но я убеждена, что она беспокоится за тебя, — мягко настаивала Орловская. — Женское сердце… оно не знает о долгах и кодексах. Оно просто любит и боится потерять.

— Вся наша жизнь — сплошные тревоги, — Игорь махнул рукой, словно отмахиваясь от назойливой мошки. — Охотник, солдат, император… неважно. Мы все живем в ожидании следующего боя. Ничего не поделать. К этому привыкаешь.

Они дошли до дальнего угла стены, откуда открывался вид чудесный вид на ночную тайгу. Черная, бездонная пустота, в которой таилось нечто огромное и древнее.

Валерия остановилась, вглядываясь в эту тьму.

— Я беспокоюсь за них, Игорь. За Николая и Коловрата. То, за чем они ушли… это не просто архидемон. Это нечто… более могущественное. Они могут не вернуться.