Онлайн книга «Варяг III»
|
Она фыркнула и легонько шлепнула меня по руке. — Врешь, жестокий человек! Это ты смотришь на меня, как голодный волк на новорожденного и беззащитного ягненка! И при этом боишься сделать первый шаг… — Ну, если быть до конца точным, — не унимался я, радуясь ее улыбке, — я просто вежливый и очень воспитанный голодный волк, который сначала решил продекламировать несколько стихов, дабы произвести впечатление. И ничего я не боюсь… Мы смеялись, забыв на миг обо всем — о войске Торгнира, о долге, о сожженном Гранборге. Но в разгар нашего веселого перешептывания я снова заметил Эйвинда. К нему подошел гонец — один из наших лазутчиков. Он что-то зашептал ему на ухо, тыкая пальцем в сторону востока. Эйвинд спокойно выслушал, затем молча взял со стола ближайший рог, сделал долгий глоток медовухи и поднял на меня взгляд через всю шумную, веселящуюся залу. Вместо тревоги лицо Эйвинда озарилось его фирменной ухмылкой. Он медленно поднял свой рог в мою честь. Я поднял в ответ наш с Астрид общий кубок. Никаких слов, кивков и жестов. Просто взгляд. Мы понимали друг друга без слов. Враг был у ворот. Вскоре нас ждали кровь, боль и смерть на полях сражений. Но сегодня мы были живы. Мы были вместе. И мы — праздновали. Но пир постепенно шел к своему завершению. Гости начинали расходиться. И настало время главного свадебного обряда. Нас с Астрид подняли с мест и повели в нашу опочивальню — в ту самую горницу, что была когда-то покоями Бьёрна и Ингвильд. Но самый важный аккорд этого дня совершил Эйвинд. Он молча вышел вперед, преградив нам путь у самой двери в наши покои. На его лице смешались скорбь по старикам из Гранборга и светлая чистая радость за нас. Не говоря ни слова, он снял с пояса свой меч, на рукояти которого были зарубки не одной вражеской жизни. С торжественным жестом он положил обнаженный клинок прямо на порог нашей комнаты. Это было обещание воина, брата и друга защищать нас до своего последнего вздоха. И одновременно — древнее, идущее из глубины веков пожелание молодоженам, чтобы их первенец родился сильным, храбрым и умелым воином, чтобы дух оружия благословил нашу брачную ночь. Этим жестом Эйвинд становился больше чем другом. Он становился названым братом, клятвенным защитником нашего рода, «меченым отцом» для нашего будущего ребенка, его крестным в суровом смысле этого слова у викингов. Я посмотрел ему в глаза и кивнул, выражая всю свою благодарность… Мы вошли внутрь, дубовая дверь закрылась за нами, и оглушительный шум пира превратился в отдаленный, убаюкивающий гул. Я обнял Астрид за талию, притянул ее к себе и почувствовал, как ее сердце бьется в унисон с моим — часто-часто, переполненное эмоциями этого долгого дня. Мы стояли, прижавшись друг к другу, слушая, как затихает Буянборг, как наш шумный и прекрасный народ укладывается спать, доверяя нам свою безопасность и свое будущее. Она откинула голову назад, и в свете дрожащего огня ее лицо было до невозможности прекрасно. Синие глаза смотрели на меня с такой безграничной любовью, доверием и скрытой страстью, что у меня снова перехватило дыхание. — Рюрик… — мое имя на ее устах звучало самой сладкой песнью… Ее пальцы вцепились в мои волосы, ее губы сами нашли мои в стремительном жадном поцелуе. Вся торжественность церемонии, вся официальность осталась за дверью. Здесь, в полумраке, озаренном лишь огнем очага, была только страсть. |