Онлайн книга «Варяг III»
|
Мелькнула короткая мысль об отступлении, но сразу же умерла. Этот лес тянулся на два дня пути в обе стороны. Дорога была только одна. Через него. Его голос пронесся звериным рёвом, на миг перебив шум дождя и свист стрел. — Всем приготовиться к бою! Стена щитов!!! Лучники! Дайте ответный залп! Меч выскользнул из ножен с коротким металлическим звуком. Войско дрогнуло и двинулось вперед. Первые ряды, сомкнув щиты в подобие черепахи, тяжко ступили на хлюпающую тропу. За ними ломанулись остальные. Лес поглотил их со стремительностью болота… Широкая тропа сразу сузилась до козьей тропки. Ноги воинов завязли в коричневой жиже, они спотыкались о скользкие корни, что прятались под опавшей листвой. Воздух гудел от яростных криков и свиста стрел. Этот бой не имел ни формы, ни смысла. Противника нигде не было видно. Лишь странные жёлтые тени мелькали между стволами… Сверху срывались тяжелые камни — они с легкостью калечили «великанов» и ломали кости. Викинги Торгнира рубили воздух, деревья, случайно оказавшихся рядом своих же. Они ломились вперёд слепым тараном, и чаща какое-то время смеялась над ними. А потом она начала убивать… Первый крик справа потух влажным бульканьем. Торгнир рванул поводья, развернув коня. Здоровенный воин в рваной кольчуге провалился по пояс в землю. Яма была искусно прикрыта накатом из хвороста и свежего, ещё зелёного дёрна. На дне, в чёрной жиже, торчали заострённые и обожжённые на костре колья. Один прошёл ему под ребро, второй — через предплечье. Человек бился, пытаясь вырваться, но каждое движение причиняло ему невыносимую боль. Кровь орошала раны и смешивалась с дождевой водой. — Тут повсюду волчьи ямы! — завопил кто-то. — Смотрите под ноги, выродки! Но смотреть под ноги было роскошью. Слева раздался звонкий щелчок, будто лопнула тетива великана. Что-то тяжёлое и тёмное сорвалось с высоты. Бревно было подвешено на сплетённых из лыка канатах, и теперь, освобождённое, оно описало смертельную дугу. Прошло на уровне груди. В ухо вцепился звук, который Торгнир слышал лишь когда топор разделывал говяжью тушу, — глухой и сочный хруст… Трое крепких воинов, шедших плечом к плечу, были сметены в мгновение ока. Один упал бездыханным, у двоих спина согнулась под немыслимым углом. Они завыли, захлёбываясь кровью… — Ловушки! Проклятые, подлые ловушки! — кричали вокруг. Паника, до этого сдерживаемая дисциплиной и яростью, начала пускать ядовитые ростки. А стрелы тем временем продолжали неумолимо порхать среди этого ужаса… Они находили щели между пластинами доспехов, били в незакрытые щитом лица, втыкались в крупы лошадей. Животные бесились, вставали на дыбы, сбрасывали седоков, добавляя в хаос свою долю ужаса и боли. — Они на деревьях! Сверху! В кустах, драугры их побери! — орал седой берсерк рядом с Торгниром, тщетно пытаясь прикрыть своего ярла щитом. — Проклятые тени! Призраки! — Всех убить! — Торгнир рубил мечом пустой воздух перед мордой своего коня — это была хоть какая-то иллюзия контроля. — Перерезать всем глотки! Прикройте моего отца! Он оглянулся. Ульрик бледной смертью сидел на своём коне. Он сжал губы, но на лице не было и тени страха. Несколько всадников уже окружили старика, подняв щиты над его головой, создавая живой шаткий навес. Одна стрела вонзилась в щит с глухим стуком, другая просвистела в сантиметре от уха Ульрика. Но он даже не моргнул. |