Книга Варяг IV, страница 71 – Иван Ладыгин

— Помоги мне с башмаками.

Я опустился на одно колено. Башмаки были кожаные, мягкие, с ремешками, которые она сама выкроила месяц назад, потому что старые уже не сходились на подъёме. Я затянул ремни, проверил, не жмёт ли.

— Рюрик… Ты мне прям как нянька.

— А ты как капризный ребёнок.

— Чушь! — Она вздохнула. — Я просто уже устала, а день ведь только начался.

Я поднялся, взял её за руку и мы отправились на выход.

Во дворе построились хускарлы. Два десятка — в кольчугах и с мечами. У всех за спинами висели новенькие арбалеты, а у двоих даже были глиняные кувшины, от которых пахло смолой и серой.

Гор и Алрик стояли в первых рядах. Гор был хмур и сосредоточен, водил пальцем по лезвию топора, проверяя заточку. Алрик смотрел куда-то в сторону, делая вид, что очень занят проверкой оружия — он уже третий раз протирал один и тот же кинжал.

Я подошёл к ним. Гор тут же выпрямился.

— Дорога проверена?

— Всё чисто, конунг. Мы пойдём на расстоянии. Если что, подадим сигнал.

— Хорошо. И, пожалуйста, без крайней нужды не приближайтесь.

Гор кивнул, покосился на Алрика, который всё ещё не поднимал глаз, и довольно усмехнулся.

— Не волнуйтесь, конунг. Мы люди опытные, знаем, когда надо исчезнуть. Алрик, ты запомнил, как в прошлый раз бежал с донесением? Теперь, если что, чтоб без разгона и аккуратно. А то опять споткнёшься.

— Гор! — Алрик резко поднял голову, и лицо его залилось краской. — Ничего я не споткнулся! Я просто выполнял свой долг…

— Ага! Как же! Просто выслужиться решил, да не получилось. — Гор подмигнул мне. — В былые времена ему бы голову отсекли за подглядывания… Еще легко отделался. Я его потом медовухой накачал, чтобы забыл…

Алрик открыл было рот, затем развернулся и, не сказав ни слова, зашагал к своим людям. Гор глянул ему вслед, хлопнул себя по бедру и заржал. Потом, спохватившись, поклонился мне и Астрид и, всё ещё посмеиваясь, пошёл следом.

Астрид проводила их строгим взглядом, но в уголках губ плясала усмешка.

— Надеюсь, вы оба всё забудете… — бросила она им в спины надменно-холодным тоном. — Иначе я прикажу своим людям привязать вас к соснам в сумрачном лесу. Голыми… На потеху богам.

Гор на ходу запнулся, обернулся, поймал её взгляд и, не найдя, что сказать, лишь кивнул и ускорил шаг. Алрик, не оборачиваясь, прибавил ходу так, что за спиной взметнулась пыль.

Я взял Астрид за руку.

— Ты их запугала.

— Я им напомнила, кто здесь хозяйка.

Она сжала мои пальцы, и мы вышли за частокол…

Тропа вела через луг, где природа смешивала свои краски, как алхимик, который наконец нашёл нужную пропорцию. Зверобой желтел там, где солнце било сильнее всего. Цветы вобрали в себя весь солнечный свет и теперь не могли удержать его: он сочился из них, стекал по стеблям, уходил в землю. Тысячелистник белел ровно и спокойно, как пергамент, на котором ещё не написали ни слова. А кипрей горел розовым огнём… Пчёлы гудели над головой — этакие кузнецы у горнов соцветий, знающие, что их работа важна, но не терпит суеты…

— Помнишь, как мы в первый раз сюда пришли? — спросила Астрид.

— Разве я могу забыть? — я покачал головой. — Ты тогда сказала, что хочешь посмотреть на звёзды. Я разостлал плащ, начал рассказывать тебе про планеты и светила, а ты меня даже не слушала. И в какой-то момент ты взяла меня за руку, положила себе на бедро, прямо под платье и набросилась на меня с такой силой, что я едва успел подумать: «Где эта женщина была всю мою жизнь?»