Книга Рунный маг Системы 7, страница 94 – Лев Жуковский, Артем Бах

— Я… не имею на это право. Мой статус не позволит мне огласить нового хозяина Солнечного Собора. Я уже причислен к списку проигравших в Великой Войне, и даже воля моего Бога не способна это исправить.

Я не мог сказать с уверенностью, являлись ли слова Фастиада правдой или ложью, однако несостыковок в его истории не было. Если демоны действительно неспособны захватить Собор, но при этом отчаянно жаждут поражения големов, это объясняет, почему наиболее развитые особи вроде Ральхафа проявляют к игрокам милосердие. И также это объясняет, почему Повелитель Плоти так стремился заполучить меня в качестве своего верховного жреца. В отличие от Фастиада, я бы смог преподнести Солнечный Собор ему прямо на блюдечке.

— Моего Повелителя устроит, если другой земной Бог восторжествует и вознесётся, — добавил Фастиад. — В этом случае мой Бог всё равно окажется в списке победителей и обретёт подлинную свободу от своих бесчисленных оков. Заключив со мной союз, вы абсолютно ничем не рискуете и ничего не теряете.

Логика Фастиада казалась безупречной, в его рассуждениях я не видел ни единого изъяна. Если он в чём-то нам и лгал, до делал это мастерски. Я ни за что не готов довериться Повелителю Плоти и его слугам целиком и полностью, но отказываться от такой сделки казалось большой глупостью. Демоны сами готовы пожертвовать своими жизнями, и их жертва спасёт множество людей.

— Хорошо, сразимся с Неприкасаемым вместе, — произнёс я. — Но, когда мы окажемся наверху, ты воссоединишься со своим войском и будешь сражаться вместе с ним там, где мы тебя не увидим.

— Меня устраивает такое условие, — ответил Фастиад. — Я бы предложил пожать руки, однако делать вид, будто наши руки не являются оружием — это лицемерие. Потому пускай наш союз будет скреплён одними лишь словами.

Я сухо усмехнулся, а затем кивнул. Фастиад махнул ладонью похожему на гигантского нетопыря четырёхкрылому демону, и вся орда тварей пришла в движение. Мои соратники рефлекторно потянулись к оружию, но я сохранил хладнокровие и принялся наблюдать за тем, как все эти монстры покидают окрестности. Похоже, Фастиад был не единственным, кто способен как-то руководить ордой.

— Ведите, — слегка нетерпеливо произнёс верховный жрец Повелителя Плоти. — Я жажду увидеть легенду воочию.

— Сперва мы сделаем небольшой крюк, — сказал я. — Легенда немного подождёт.

Мне было даже жаль тех големов, которые оказались у нас на пути: наш отряд оказался настолько смертоносен, что не оставлял истуканам даже малейшего шанса. Эрдем проламывал грудные пластины големов голыми руками, Вадик играючи сминал их своим тяжёлым молотом, а Кассандра отсекала им конечности так, будто те были сделаны не из стали, а из масла. Фастиад не пользовался своими способностями и преимущественно орудовал божественным мечом. Лишь один раз я увидел, как его клинок, вонзившись в тело противника, начал разрастаться до тех пор, пока мышечные волокна и сгустки плоти не вылезли из каждой щели несчастного истукана. Цао Цао и Радимир пока что не вступали в бои, но в этом и не было нужды.

Микара… Микара выглядела напряжённой и сильно встревоженной. Её дыхание было тяжёлым, глаза бегали из стороны в сторону, пока девушка пыталась уследить за каждым противником, а решения она принимала куда медленнее обычного. Это был её первый за очень долгое время бой, который она проводила без использования разума убийцы.