Книга Леди гробниц, страница 139 – Артем Бах

Алиагосс. Благородный эльф верен своему слову, своим соратникам и чувству долга. Он говорит о всемирном благе, о добродетели и светлом будущем, но его истинная сущность кроется в бунтарской натуре: мастер мечей жаждет доказать себе, своему ордену и всему миру, что будущее за свободой мысли, а также за теми, кто готов меняться и готов к переменам. Исполнить мечту Алиагосса предстоит именно мне.

Архимагистр Кираэль. Основным приоритетом главы Ордена Хранителей Жизни оставалось и остаётся безопасность и благо цивилизации. Кираэль относится ко мне с подозрением и явно не в восторге от того, что Алиагоссу было поручено командование силами Эленвуна. Но пожилая эльфийка проницательна и хорошо осознаёт, в какую сторону дует ветер. Ради будущего своего ордена и всего мира она готова поступиться даже собственными принципами и многовековыми традициями.

Кир. Иномирец и моя родственная душа. Свершённые им ошибки не давали рыцарю идти вперёд, но сейчас он отпустил их открылся новым мечтам. Начинать с чистого листа — это нелегко; этот путь порождает сомнения и страх перед неизведанным. Однако, я готова стать для Кира той опорой, в которой он так нуждается.

Хильди. Юная дворфийка не питает интереса к дворцовым интригам и к обретению власти. Она любознательна, но осторожна, а её собственные интересы уступают её ответственности и чувству долга. Хильди не понимает, что отец делает всё ради того, чтобы сделать свою любимую дочь свободной и счастливой.

Лили. Ужасающая ночная тень с сердцем и разумом ребёнка. Несмотря на свою зловещую природу, её душа чиста и невинна. Лили только начинает познавать мир и ещё не знает, что уготовано ей судьбой. Она живёт сегодняшним днём и не думает о будущем, но однажды обретёт свою собственную мечту, что станет для неё путеводной звездой.

На флагштоке рядом со мной реяло знамя — костлявая длань, что сжимает солнце. Мрачновато и немного жутко, если спросить моё мнение, но оно лучше всего отражает идею, которую я несу. Мы сделаем солнце своим собственным. Мы заберём его у богов и церкви, что диктует Великому Королевству поглощать другие народы. Время перемен грядёт.

Что я могу сказать всем тем, кто доверяет мне свои жизни? Я не Жанна д`Арк, не Уинстон Черчилль, не Александр Македонский, а потому не знаю, как вдохновить кого-то пойти на смертный бой. Но у меня определённо есть то, чего не было у них.

Под воздействием своей магии я взмыла в небо и зависла над огромным военным лагерем так, чтобы видеть всю свою армию. Орда мертвецов казалась уже не такой огромной на фоне многочисленных солдат Эленвуна, отрядов варваров из северных земель, племён Угрука и других воинов, что примкнули к нам. Десятки тысяч глаз провожали меня внимательными взглядами в ожидании моей речи.

— Каждый из вас имеет собственные причины, чтобы быть здесь! — мой подкреплённый заклинанием голос разнёсся на мили вокруг и, быть может, достиг даже давитанского войска. — Вы непохожи друг на друга! Вы никогда прежде не дрались плечом к плечу! Многие из вас прежде были заклятыми врагами! Многие из вас не готовы доверить друг другу спины!

В прикованных ко мне десятках тысяч глаз зародилось сомнение. В обращённых ко мне взглядах застыл немой вопрос. По рядам войска пронёсся ропот.