Книга Утопающий во лжи 13, страница 107 – Лев Жуковский

Одновременно с этим мои гвардейцы перемещались на осколок последней воли, потому как прокол однозначно не выдержит множественные перемещения, как и мощь ложного аватара тоже. Благо, начав процесс открытия излома пространства, точка, соединяющая миры, с моей стороны уже не была привязана к душе и я мог свободно посещать темницу последней воли.

Поэтому, после всей подготовительной работы, несмотря на брошенные тысячи и тысячи живых и мёртвых демонов в этом городе Бездны, я сменил тело ложного аватара на родное и сделал шаг в кровавый разрыв пространства. Перенесённый из точки моей души в центр энергетического искажения подготовленной мной пентаграммы на центральной, самой просторной площади города Серый Харбруш.

Ожидал я, казалось, чего угодно, но даже с моими характеристиками, с моим высоким уровнем Интеллекта такого предположить я не мог и в самом страшном своём сне. Однако не место, куда меня привёл прокол в пространстве, вызвало ярость в моей душе, а тот, кто его открыл! Разрывая моё сердце порывами ярости и скорби одновременно.

Ведь вся покрытая глубоким снегом поляна в дебрях глухого леса была устлана сотнями мёртвых тел с нанесёнными на их голых телах кровоточащими пентаграммами. В воздухе стоял удушающий запах крови и демонической магии, которая в мире Асшор была так разительно ощутима. Особенно в это морозное звенящее холодом утро.

При этом скорости моего восприятия хватило за долю мгновения, казалось, разобраться в ситуации полностью и посмотреть с помощью навыка Картографии, где именно я нахожусь. Ведь узнать местность по форме горных хребтов, видневшихся на горизонте, я, мимолётно осмотрев их, не смог.

Впрочем, ярость в моей душе разгоралась словно бы с запозданием не потому, что я находился на другом континенте мира Асшор и даже не потому, что напротив меня стояла на коленях огромная, более шести локтей ростом Кари. Явно успевшая за этот год пройти перерождение в хобгоблина, имеющая сейчас обезображенный внешней вид. И не потому, что рядом с ней лежал гигантских размеров мёртвый, иссушенный ритуалом Кусака.

Нет! Всё дело было в том, что Кари, непрестанно рыдая, обливаясь слезами, то шепча, то выкрикивая в отчаянии, захлебывалась словами:

— Мой господин, прошу… мой господин, прошу, вернитесь…

И она в этот момент держала на своих руках тела Джун и Мии, с теми же самыми вырезанными грубо на груди пентаграммами.

Мне не нужны были слова, мне не нужны были оправдания, ведь все мысли Кари я прочёл за долю мгновения. От чего моё сердце было готово взорваться от ярости и обречённости в сложившейся ситуации. Не столько из-за ненависти к Кари, сколько от всего того, что произошло за этот год. Ведь учитывая, что ритуал смогла провести только моя помощница, тогда как ни Улер с Марешом, ни Елар в этом не преуспели, и это говорило об очень многом. Так что о лёгкой жизни речи тут не шло. Потому как потеряв меня, все подчинённые должны были выполнить мой приказ и прочесть скрытые донесения в особых точках.

Однако Улер с Марешом погибли практически сразу, не добравшись даже до форта Семнадцатый коготь, что случилось с Еларом, Кари не знала, но на мой запрос по ментальной связи он не ответил. Да и в сети он более не отображался, что говорило об однозначном исходе. Поэтому получилось так, что только Кари удалось сбежать вовремя и вот уже год двигаться по необжитым территориям. Каждый день, неделю, месяц, теряя своих подчинённых, тех, кого удалось забрать из форта Семнадцатый коготь и деревень вокруг него.