Книга Утопающий во лжи 15, страница 106 – Лев Жуковский

Его трансформация была ужасающе прекрасна: восемь паучьих лап, покрытых чёрным хитином с красными прожилками, двигались с такой синхронностью и грацией, что это восхищало и радовало глаз. Его гоблинское тело теперь вырастало из паучьего брюха. Глаза Леура, в щелях хитинового панциря на голове, приобрели странный янтарный оттенок, множественные зрачки позволяли ему видеть в темноте лучше любого ночного хищника.

В целом же мои офицеры лично спасли очень много жизней, что при атаке на главные врата города Когти Зарема, когда мы врывались в самое логово противника, что и при отступлении, когда каждый удар сердца промедления мог стоить десятков жизней. Леур благодаря своей невероятной скорости и практически полному игнорированию наметённых сугробов снега, успевал направлять отбившиеся группы солдат. Часто он отбивал их от превосходящих стай трутней инсектоидов или лично разрывал на куски Лазутчиков, ловко подстерегавших моих воинов в засадах. Эти хитрые твари научились маскироваться даже в снегу, зарываясь под белоснежный покров и выскакивая в самый неожиданный момент. Ориентируясь лишь на звуки, запахи и свои навыки, но Леур загодя чувствовал их вибрации, ощущал малейшие колебания почвы под снегом, а может, он научился ощущать их нетерпение и жажду.

Вот только к сожалению, даже несмотря на все старания, ослабленные воины гибли. Те, кто переоценивал свои силы, обессиленные, замерзали насмерть, так и оставаясь лежать в сугробах, превращаясь в ледяные статуи, застывшие в предсмертной агонии. Их тела мы находили позже, синие от холода, с инеем на ресницах и искажёнными гримасами на лицах. Некоторые умирали, протягивая руки вперёд, словно пытаясь дотянуться до спасения, которое было так близко и так недостижимо.

Как были пожраны и те, что поддались жадности, то ли пытаясь собрать больше других очков Системы, лихорадочно бросаясь поверженных на магией или стрелами инсектоидов. То ли грабя очередной дом зажиточного гоблина, не в силах устоять перед соблазном лёгкой наживы. Они тоже часто встречали не самую завидную судьбу в пастях инсектоидов, которых становилось только больше с каждой минутой. Жуки чувствовали кровь, они сходились на запах страха и алчности, словно голодные нурглы в сезон холодов.

Естественно, спасти всех я просто физически не мог, как бы ни хотел сохранить каждую боевую единицу. Моё могущество имело пределы, особенно сейчас. Безразлична была мне судьба лишь тех самых чересчур хитрых аристократов, что только оказавшись вне стен города, отчего-то решили, что уж из пригорода они смогут выбраться и сами. Тщетно полагаясь лишь на свои жалкие титулы и воображаемое величие, вот их существование меня не волновало вовсе.

Правда, большая часть их гвардейцев, побывавших в своей жизни в настоящих войнах и сражениях, повидавших реки крови и горы трупов, сделали правильный выбор. Те благоразумно посчитали, что обладатель личного могучего демона, куда надёжнее как командир, нежели жалкие отпрыски аристократов, не имевших реальной силы. Именно что никчёмные, раз их никто эвакуировать не стал, раз их бросили умирать в осаждённом городе, как бесполезный балласт.

Судя по проведённой мной идентификации, это были аристократы-маги на уровне в лучшем случае полевых чародеев, с очень скудным резервом маны и набором навыков.