Книга Ангел скорой помощи, страница 69 – Мария Воронова

А лет через тысячу остатки этой кровати раскопают будущие археологи и будут глубокомысленно пялиться на странную конструкцию, недоумевая, для чего она могла понадобиться древнему человеку.

Тут Ян понял, что полет мысли пора остановить, и засмеялся.

Работа была довольно скучная, но Ян втянулся и за вычислениями не заметил, как пролетел день и домой вернулся Константин Петрович.

— Ухожу, ухожу, – он принялся собирать бумаги с таким расчетом, чтобы ничего не перепутать прежде, чем товарищ его остановит.

И действительно, Константин Петрович немедленно вскричал, чтобы он занимался столько, сколько ему нужно.

— Максимум полчасика с перерывом на сардельки.

Ян отправился в кухню готовить ужин, то есть разогревать на сковородке гречневую кашу и варить сардельки. Заодно быстро накромсал салат из помидоров и огурца.

— Полный баланс, – сказал он, окидывая гордым взглядом готовый ужин, – белки, жиры, углеводы и витамины в комплекте. Вот что значит научный подход.

— Наука украшает жизнь, – согласился Константин Петрович, усаживаясь за стол, а Ян вдруг вспомнил свои сны во время болезни и запоздало обиделся.

— Скажите, – начал он, – вы случайно не высказывали своего мнения насчет моей диссертации, пока я лежал в бреду?

— Мне бы такое в голову не пришло. Я высказываю свое мнение только на рабочем месте по рабочим вопросам или если меня специально спрашивают.

Ян не стал возражать, хотя у него за время жизни с Константином Петровичем сложилось прямо противоположное впечатление.

— И что же я говорил, позвольте полюбопытствовать?

Ян пожал плечами:

— Сказали, что серая работа.

— Нет, такого бы я себе не позволил. Но если вы хотите услышать мое настоящее мнение…

Константин Петрович внезапно замолчал.

— И? – не выдержал Ян, когда пауза неприлично затянулась.

— Так вы хотите или нет?

— Хочу.

— Что ж, извольте. Я считаю, что вы не сделаете блестящей научной карьеры.

Ян засмеялся:

— Сон в руку.

— Ян Александрович, поймите меня правильно, – Коршунов не слишком удачно попытался изобразить участие на своем холодном лице, – вы не будете великим ученым не потому, что глупы или бездарны, совсем нет. Дело в другом – у вас золотые руки.

— Даже не знаю, обижаться на вас или благодарить.

— Ничего не надо, просто примите как факт: руки у вас действительно уникальные. Вы можете возразить, что они приделаны к умной и образованной голове, но не только поэтому. У вас редкий дар, Ян Александрович, один из тех немногочисленных талантов, которые невозможно приобрести усердием и практикой, как бы ни хотелось.

Ян шутливо поклонился.

— Не ерничайте, я говорю как есть, – сказал Константин Петрович. – Только Господь человеку дар даром не дает, простите за дурацкий каламбур.

— Прощу, тем более что бога нет.

Константин Петрович улыбнулся загадочно и холодно:

— Бога, конечно, не существует, это медицинский факт, как говорил Остап Бендер, но точно такой же медицинский факт состоит в том, что если этот несуществующий бог наделяет человека даром, то больше ничего ему не дает.

— В смысле?

— Например, поэт или художник. Знаете ли вы хоть кого-то из великих, кто жил в любви, счастье и благополучии и умер в девяносто лет с улыбкой на устах, окруженный родными и близкими?

Ян нахмурился, но Костя сразу остановил его: