Книга Развод в 43. Когда уходит любовь, страница 121 – Александра Багирова

Ведь слова… слова могут привести туда, откуда уже не будет дороги назад.

— У тебя наверняка много вопросов, ты хочешь обговорить услышанное. И наверняка я могу немного иначе объяснить свои поступки. Их мотивы. И сказать тебе самую главную правду — ты для меня вселенная. Моя душа. Свет, который позволил мне самого себя узнать с другой стороны.

— Илья…

— Не надо, Ален, — протягивает руку, держит указательный палец около моих губ и не касается их, Выслушай меня. И ты все поймешь.

Киваю. Соглашаюсь. Так надо. Чувствую.

— Я всегда искал оправдания своим поступкам. Почему поступал так, всегда находил виноватых. Дед, мать, отец… Все было не так. А на самом деле, все куда проще, Ален. Это во мне. Мне это нравится. Вот так идти по грани. И не в деньгах, успехе, власти дело. А в эмоциях, которые я получаю. Ты сдерживала меня. Я хотел меняться. Ради тебя, — смотрит на меня жадно. В сгущающихся сумерках ловит каждую черту лица. Фотографирует. Запоминает. — И хочу. Я могу обещать тебя многое… Что изменюсь, что все у нас будет, мы заживем, оставив все в прошлом. Я стану примерным, честным и порядочным. Только это все будет ложью. Я не хочу обманывать тебя. Не хочу, чтобы ты превратилась во что-то на подобие моей холодной бабки. Эмоции выжгли ее, слепив ледяную статую. А если ты со мной, то… единым целым. Я не смогу изменить себя. Придет время, и я сорвусь. Я снова во что-то вляпаюсь. И не по дурости, а потому, что я этого хочу. Мне это необходимо, это вторая, темная сторона моей натуры. Я вновь буду страстно желать этих эмоций. Ален, дорогая, люблю тебя безумно… Но даже ради тебя моя натура не изменится. Я должен это признать. Чтобы уберечь тебя… от себя… Признать и, — берет меня за руку, целует каждый палец, неотрывно глядя в глаза, — Отпустить. Ты достойна лучшей жизни. Не со мной. Без меня.

Резко прижимает меня к себе. Впивается в губы отчаянным поцелуем. Чувствую безысходность, боль и нежность… Его любовь, сейчас она вопит… Разрывает грудную клетку… Агония. Мы задыхаемся в ней вместе…

Илья так же резко прерывается.

— Будь счастлива за нас двоих. Прощай…

Разворачивается и стремительно уходит из парка.

Смотрю, как его фигура отдаляется. Вдыхаю невероятно горький воздух… Задыхаюсь. Он не попадает в легкие.

Михаил

— Ты как? Сколько времени, а от тебя не звука, — Фомин звучит встревожено.

— Нормально…

— Брешешь.

— Ага.

— Так подъезжай, Миш к нам. Хватит затворником сидеть.

— Не.

— А ты капец многословен.

— Коль… потом созвонимся, — скидываю звонок.

Я в том состоянии, когда любое общение в тягость. За исключением Веры, девочек, мамы, но они как раз со мной общаться не будут. Я исключен. У них начинается новая страница жизни… без меня.

Сам звонил Вере, узнать, как там у Алены. Прошла неделя с того времени, как я показал дочери видео.

Они расстались. Алена держится. Работает. Вот и вся сухая информация. Отчеты по работе и то теплее.

Только и работы нет.

Я могу пойти к Фомину. Эта сфера мне родная. Не хочу. Могу открыть что-то свое. Деньги есть… Мне заплатили, чтобы я исчез с их горизонта окончательно.

Дико звучит. Пугающе.

Но такова реальность.

Заслуженная.

Не хочу своего открывать.

Апатия.

Ничего не хочу… кроме родного дома. Я мысленно продолжаю жить там, в прошлом. Вспоминаю каждый день. Их было много.