Книга Развод. Любить нельзя вернуться, страница 157 – Ирина Романовская

Шагает ближе, помогает размотать объемный шарф с шеи. Отбросив вязаный аксессуар, принимается ласкать мои щеки и шею.

Обнимаю его за талию, ныряю дрожащими руками под пиджак. Через тонкую ткань рубашки чувствую насколько он горячий, прижимаюсь сильнее. Пытаюсь согреться, будто последние годы жила не в умеренном климате, а где-то в условиях арктического холода.

— В номере две спальни, два санузла, гостиная и кухня.

Назар выдергивает из моих волос шпильки, распуская небрежный пучок.

— Намекаешь на то, что сегодня я сплю на диване? — игриво вскидываю бровь.

— Надейся, — усмехнувшись, Назар прижимается лбом к моей переносице. — Только вместе, Веснушка. Я больше не хочу порознь. Никогда. Невыносимо это.

Осторожный поцелуй в секунду разжигает приглушенное пламя страсти. Вдавливаю ногти в поясницу Горского, встаю на носочки. Кусаю за нижнюю губу, оттягиваю на себя.

— Невыносимо, — вторю ему, отступив губами на миллиметр. — Думаешь, у нас получится?

Заглядываю в потемневшие глаза Назара. Дышу тяжело, но жду ответа. Мне нужно знать. Жизненно необходимо. Без его уверенности я не справлюсь со своими страхами.

— Обязательно, малыш. Обязательно, — это последнее, что произносит Назар, прежде чем впиться в мой рот жарким, безудержным поцелуем.

Электрический разряд проносится по всей кровеносной системе. Хрустальная ваза, наполненная обидами, злостью, страхами и сомнениями разлетается на осколки. Пью с жадностью своего мужчину, отдаю всю себя взамен.

Назар подхватывает меня под ягодицы, обвиваю его бедра ногами. Цепляюсь за широкие плечи, зацеловываю широкий лоб, виски, скулы, нос.

Не включая свет, бывший муж несет меня в противоположную сторону от комнаты, где спит Соня.

— Я не умею быть тихой, помнишь?

Мягкий матрас пружинит под моими лопатками, когда Назар осторожно опускает меня на кровать. Затем экс-муж выпрямляется и включает настенный светильник. Неспешно расстегивает рубашку, любуясь тем как я стягиваю через голову свою кофту.

Отбросив белый хлопок на пол, Назар упирается коленом в край кровати. Тянет меня за щиколотки на себя, наваливается сверху.

— Еще как помню, — рычит мне в губы. Целует ненасытно, пробираясь одной рукой к пуговице на моих джинсах. — Придется следить за тем, чтобы твой сладкий рот был постоянно чем-то занят.

Новый поцелуй как цунами обрушивается на мои губы. Бьемся зубами, сражаемся языками. Легкие пекут от нехватки кислорода, но мы все равно продолжаем тонуть под волнами обоюдной страсти.

Погружаемся, выныриваем и снова идем на дно. Осторожность граничащая с безрассудством. Жадность вперемешку с нежностью.

Запоминаю каждый вздох, каждое прикосновение. Дорожу каждым мигом, любая секунда на вес золота. Ласкаю, льну, поглощаю и отдаю. Плачу и восторгаюсь.

Взлетаю за облака. Туда, где звезды, где бесконечность. Ныряю туда, где даже в лютый мороз и вьюгу тепло и царит счастье. Туда, где даже в самый страшный зной имеется свой оазис и прохладная тень.

Дом. Он мой, а я его. Мы наконец-то Я дома. Мы наконец там, где живет наша любовь.

Каролина.

Через год.

— Вот зачем она спускается в подвал, Наз? — мой вопрос повисает в воздухе.

Разочарованно вздыхаю и бросаю в рот еще одну горсть попкорна. Назар опять навис над ноутбуком, где на весь экран развернут какой-то страшный финансовый отчет с бесконечным количеством таблиц и чисел.