Книга Развод. Неистинная жена генерала-дракона, страница 5 – Ангелина Сантос

Я медленно подняла голову.

На низком диване у окна лежал свёрток бело-золотой ткани.

Не мой.

Рядом стояла открытая шкатулка с украшениями, которую я тоже не узнала с первого взгляда. Слишком вычурная, слишком нарядная, слишком… Вианора.

Я застыла.

Несколько секунд просто смотрела на эти вещи, и только потом в голове сложилась простая, омерзительная мысль:

их уже принесли сюда.

Ещё до того, как высохли чернила на документах.

Ещё до того, как я поставила подпись.

Кто-то уже решил, что это больше не мои покои.

— Госпожа…

Я резко обернулась.

В дверях стояла Мира — моя камеристка, единственный человек в этом доме, кто сейчас выглядел не настороженным, а по-настоящему испуганным. В руках у неё был таз с водой и чистые полотенца.

— Простите, — тихо сказала она. — Я хотела убрать это до вашего прихода.

Я перевела взгляд на бело-золотой свёрток.

— Чьи вещи?

Мира замялась.

Этого хватило.

— Вианоры Эстель? — сама закончила я.

Она опустила глаза.

Мне стало смешно.

Не весело, нет. Почти горько до тошноты.

— Быстро, — сказала я. — Очень быстро.

— Госпожа, я не позволила ничего разбирать, клянусь. Только принесли. Сказали, что это временно, пока для леди Эстель готовят восточное крыло, но…

— Но всем уже захотелось показать мне, как легко меня заменить.

Мира вскинула на меня взгляд. В её глазах вспыхнули слёзы.

— Мне так жаль.

Я закрыла глаза на секунду.

Если сейчас она заплачет, мне станет ещё тяжелее держаться.

— Убери это, — сказала я ровно. — Всё. Немедленно.

— Да, госпожа.

Она кинулась к дивану, но я остановила её жестом.

— Нет. Не прячь. Отнеси туда, куда положено. И передай, что в мои комнаты нельзя вносить чужие вещи без моего разрешения.

Мира побледнела.

— Мне повторить это вслух?

Она колебалась лишь мгновение.

— Да, госпожа.

Вот за это я её и ценила. Не за преданность даже. За то, что рядом с ней я никогда не чувствовала себя беспомощной.

Когда она вышла, я медленно подошла к зеркалу.

Женщина в отражении выглядела так, будто не спала несколько ночей подряд. Лицо белое, губы бескровные, волосы выбились из причёски, а в глазах — что-то слишком тёмное для человека, который ещё утром считал себя женой генерала-дракона.

Я подняла рукав.

И замерла.

Метка никуда не делась.

Тонкая огненная линия охватывала запястье, словно живой браслет, и от неё вверх расходились едва заметные золотистые нити. Они мерцали под кожей, как раскалённые трещины в пепле.

Я коснулась знака кончиками пальцев.

Глупо.

Очень глупо.

Боль прострелила руку мгновенно — не режущая, не жгучая даже, а какая-то слишком глубокая, будто от неё отозвалось что-то внутри грудной клетки.

Я резко отдёрнула ладонь.

Нет.

Это не обычная брачная печать.

Я видела, как выглядят угасающие метки после расторжения союзов. Бледнеют. Тускнеют. Теряют силу. Иногда исчезают не сразу, но никогда — никогда — не вспыхивают так, словно их только что активировали.

Значит, либо весь двор сошёл с ума.

Либо меня обманывали гораздо дольше, чем я думала.

В дверь постучали.

— Кто?

— Это я.

Голос Кайрана.

Внутри всё сжалось так резко, что я невольно стиснула зубы.

Только не сейчас.

Я не была готова снова его видеть. Не после того, как он при всём дворе назвал меня неистинной. Не после того, как его люди уже начали приносить вещи Вианоры в мои комнаты, будто меня здесь и не было.