Книга Почем нынче русалки, страница 199 – Ольга Шерстобитова

— Знаешь, Ари, я тут подумал, может ну его, этот бал, сразу поднимемся в спальню сейчас, - прошептал Лир мне в ухо, рассматривая мое лицо потемневшими глазами.

Я отрицательно покачала головой, улыбаясь.

Лир выпустил меня из своих объятьев.

— Лир, - позвала я его, когда он уже собрался отойти от меня. - Я люблю тебя.

Он вернулся, заглянул мне в глаза.

— Ари, ты что-то задумала? - спросил он тихо.

Врать сейчас было нельзя. Лир почувствует жжение в браслете. Нельзя себя выдавать.

Я улыбнулась, провела пальцем по его щеке.

— Как ты думаешь, если я приглашу Тезуэля на танец, он откажется? - спросила я первое, что пришло мне в голову.

Лир резко выдохнул, хмыкнул и показал мне на мага, который стоял возле стены, смотря на нас. Я кивнула Лиру, и, не оборачиваясь, пошла к Тезуэлю. Сделала легкий реверанс и пригласила на вальс. Он согласился, потому что, наверное, тоже считал, что врагов нужно знать в лицо.

— Леди Ариадна, почему вы превратили мою дочь в гадюку? - спросил темный маг. - Мне что-то никто не может объяснить причину, по которой вы это сделали, - сказал он, улыбаясь.

— Видите ли, ваша дочь не слишком хорошо себя вела, - спокойно сказала я.

— Я готов вам принести извинения вместо нее, леди Ариадна. Может быть, вы их примете, и инцидент будет исчерпан?

— Принимаю, - с улыбкой сказала я, смотря, как этот хитрый змей отвечает тем же.

— Снимете чары? - спросил он через мгновение.

— Видите ли, уважаемый Тезуэль, - начала я витиевато свою речь, - для того, чтобы чары исчезли, и ваша дочь приняла свой вид, нужно, чтобы она раскаялась в своем поступке, - сказала я спокойно.

Маг хмыкнул, но ничего не сказал. Вот интересно, он же эльф, а почему у него магия темная? Кажется, Лир говорил, что у эльфов только светлая магия. Я не утерпела и задала этот вопрос Арану, и поняла, что это исключение, поэтому Тезуэль и возглавляет Совет магов в Аридейле. Потом я танцевала с отцом Лира, с его дядей, с советником, с многочисленной аристократией - герцогами и лордами, пока, наконец, не уловила свободную от танцев минутку и не подошла к Кассиандру.

Он выслушал меня спокойно, когда я попросила отвлечь принца разговором на часок, чтобы он не вспомнил обо мне, кивнул, явно понимая, что я задумала, но отговаривать не стал. Ко мне неожиданно подошел Шерантанель, попросил спеть для гостей. Я согласилась. Посмотрела на Лира, закрыла глаза, прислушиваясь к себе, и запела. Лучше бы я этого не делала, потому что в этот раз у меня вырвалась из груди песня о птице, заточенной в клетку, которая рвалась на волю. Лир посмотрел на меня встревожено, когда раздался прямо-таки шквал аплодисментов, а я взяла и...улыбнулась ему. А что мне еще оставалось делать-то?

Когда объявили примерно минут за десять до полуночи тур вальса, Аран стоял рядом с королем, и разговаривал о чем-то, и я поняла по его взгляду, что уйти он не сможет. Я улыбнулась ему, кивнула. Посмотрела, как Лир встает в пару с Силадерь, чтобы после танца объявить о помолвке, и осторожно направилась к выходу, говоря всем, что я хочу немного развеяться и подышать воздухом.

В саду было тихо и тепло. Маги постарались на славу. Здесь не было зимы. Совсем. Теплый воздух, зеленая трава, цветущие деревья. Я дошла до статуи Аранатариэль, сняла ожерелье и серьги и положила ей на постамент, зная, что никто не сможет их отсюда забрать, кроме Лира. Потом прошлась вдоль дорожки, дошла до стены и прокралась быстрым шагом к заветному клену. Резко вдохнула и выдохнула, попросила кольцо, чтобы оно сделало меня невидимой насколько это возможно по времени, повернула тонкий ободок, а потом вышла из-за дерева, подошла к воротам, прошмыгнула мимо стражников и ...побежала, что есть силы.