Книга Вкус проклятья, страница 21 – Ольга Шерстобитова

— Что ты собрался сделать? Не смей! Умрешь!

Гарзанел посмотрел в глаза, опаляя и обещая этим взглядом что-то такое, от чего стало трудно дышать. И со всей силы рубанул волшебным мечом по темному проклятью. Я закричала, закрыла лицо руками, понимая, что умру, но почему-то ничего не происходило.

— Открой глаза, Лилея, – тихо велел Гарзанел, и я вздрогнула от его голоса.

Ко мне что, вернулась внешность? Оглядела прежний наряд, поднесла к глазам тусклую прядь волос. Та же нищенка! Но вот как он догадался? Как?

— Для дроу достаточно поцелуя, чтобы узнать, кто является его парой, – пояснил он, обнажая плечо и показывая узор из черных роз, вьющийся до самого локтя. – И после того, что произошло, твой отец не посмел скрыть от меня правду. Он рассказал о проклятии.

Я смотрела на него непонимающе и растерянно. Все билась мысль: «Ну не может это быть правдой!»

— Ты – моя суженая, Лилея. И я… хотел…

Гарзанел вздохнул. Видимо, объяснения ему давались с трудом.

— Ну Ларинель… Помогла, называется! На внешность внимания не обращай, возьми с собой ту, что сшибет с ног в опасный поход… И имени не спрашивай, если сама не скажет, а о времени помни. Лилирею, что ли, на нее нажаловаться, пусть поговорит по душам с супругой!

Что? То есть, Анабель и есть древняя богиня, которая мне помогала? И судя по всему, и Гарзанелу наставления дала. Он ведь, зная, что придется платить, пошел к ней за помощью. И зачем-то отправился в Артар, хотя мог просто со мной поговорить, привести к арке… Куда бы я делась?

И от этого осознания по щекам текут горькие слезы.

Но Гарзанел всего этого не сделал. Почему? Не понимаю! Суженая – не значит, любит!

Принц снова посмотрел на меня, но не приблизился ни на шаг.

— Я снял проклятие, Лилея.

И теперь даже не надо вставать под арку, связывать с ним свою судьбу, чтобы остаться живой. А ведь дроу мог бы, не спрашивая, зная, что выхода у меня нет, перенести под волшебную арку, сделать своей парой, но…

— Теперь ты свободна в своем выборе.

Так вот зачем он отправился к Ларинель, а потом и в Артар? Чтобы снять проклятие и дать мне… свободу!

Что он творит? Что он со мной творит? У меня же сейчас просто остановится сердце.

— И я задам один-единственный вопрос, на который хотел бы получить твой ответ. Честный ответ, Лилея. И подумай, прежде чем его дать.

Гарзанел не сводил с меня глаз, а я чувствовала, как дрожат руки и подгибаются колени.

— Ты пойдешь со мной?

— Да хоть на край света, – прошептала я, чувствуя, как по щекам текут слезы, а наколдованная Ларинель внешность исчезает.

Все возвращается на круги своя.

— Я просил подумать! – возмутился Гарзанел, гневно сверкая глазами.

— Я подумала… еще тогда, когда ты умирал.

Мы снова встретились взглядами, вспыхнули, как два мотылька в огне. И я была уверена, он чувствует тоже, что и я.

— Обратного пути не будет.

— Я помню.

Гарзанел сделал шаг, остановился.

— Моя, – почти прошептал, не разрывая взгляда.

— Согласна.

— Без остатка.

Расстояние сократилось до одного шага, который никто из нас пока что не сделал. Он ведь станет последним навстречу друг другу, мы понимали это оба. Но пламя, что уже в нас жило, соединило крепкими нитями, которые не разорвешь, не сожжешь. Огонь любви уже не победить и не остановить.

— Люблю тебя так, что дышать больно, Лилея.