Книга Шепот пустыни: кровавая охота, страница 39 – София Бёрк

Погруженный в тяжелые думы о Фионе, о ее взгляде, о бледнеющей печати на руке, о невыносимой жажде, он наконец провалился в беспокойный сон. Сон, полный ее образа, ее боли, ее отвержения.

Дверь в покои Фионы отворилась без стука. На пороге стояла высокая, статная женщина в строгом, но дорогом платье из тёмно-зелёного бархата. Её волосы были собраны в тугой узел на затылке, а лицо хранило холодное, непроницаемое выражение.

— Принесите госпоже ужин, — бросила она через плечо служанке, даже не удостоив ту взглядом. Затем её цепкие, светлые глаза остановились на Фионе.

Фиона замерла. Она узнала эту женщину. Это была та самая распорядительница, что отдавала приказы, готовя её к ночи с Кассием. Каждое её слово было пропитано льдом и надменностью, словно Фиона была не живым человеком, а вещью, которую нужно привести в надлежащий вид.

Девушка долго, не отрываясь, смотрела на неё, и вдруг разрозненные детали сложились в единую картину. Этот властный тон, знакомые черты лица. Тогда это была лишь догадка, а теперь она ясно видела сходство. Сомнений не оставалось. Перед ней стояла тётя малышки, та самая Джина, о которой Джамала говорила, что она служит во дворце. Та, что знала все его тайны.

Слуги быстро внесли поднос с едой и так же бесшумно удалились, оставив их наедине. Джина окинула комнату хозяйским взглядом, словно проверяя, всё ли на месте.

Фиона сглотнула, собираясь с духом. Страх боролся с отчаянным желанием получить хоть какие-то ответы.

— Вы… тётя Джамалы? — её голос прозвучал тише, чем она хотела.

Джина медленно повернула голову. В её глазах не было удивления, лишь холодное безразличие.

— Это не имеет значения.

— Имеет, — набравшись смелости, возразила Фиона. — Джамала говорила, что вы давно служите здесь. Вы… вы всё знаете.

Женщина чуть приподняла бровь, её губы скривились в едва заметной усмешке.

— Я знаю ровно то, что мне положено знать как слуге господина Кассия. Тебе следует поесть. Он не любит, когда его… игрушки слабеют.

Слово «игрушки» больно резануло, но Фиона заставила себя проигнорировать унижение. Сейчас было важно другое.

— Пожалуйста, — она сделала шаг вперёд. — Я ничего не понимаю. Что со мной теперь будет?

Джина вздохнула с плохо скрываемым раздражением, словно её отвлекали от важных дел какой-то мелочью.

— Ты находишься во дворце главы клана Ламий. Ты новообращенная вампирша. Пока ты останешься в замке и насчет тебя были достаточно четкие указания всем: ты личная собственность мастера клана, а значит под его защитой. Это всё, что тебе нужно знать.

— Прекрасно! — раздраженно выплюнула Фиона. — Так себе положение. Никакой конкретики. Почему вы не хотите говорить о Джамале? Девочка тоскует без вас. Ей нужна семья.

— Не стоит влезать в чужую семью, госпожа Фиона. — Джина ясно дала понять, что не будет сейчас обсуждать это. Но Фиона была настырной.

— Но… вы же не видели в каких условиях она живет! А вы тут…могли бы дать ей…

— Видят Первородные, как я сдерживаюсь, чтобы не оттаскать тебя за косы, наглая девчонка! Ты ничего не знаешь. Ничего не понимаешь! Не тебе судить о моей семье. Дворец — не место для маленькой девочки. Я не смогу защитить ее здесь. Неужели это непонятно⁉ — женщина едва не шипела, метая молнии взглядом. Сама того не ведая, Фиона разбередила старую рану.